Начало светлой утра оказывается предвестником невзгод и разочарований. Каждое маленькое счастье — от плавного проезда маршрутизатора до случайного обнаружения выгодных распродаж в магазине обуви — быстро трансформируется в непреодолимую преграду. В один момент кажется, что все идет по плану, но затем мир рушится под ногами, заставляя задуматься о том, насколько сильно мы ценим обычность до тех пор, пока она внезапно исчезает....
Открывать глаза я не рисковала, опасаясь вновь попасться в их одуряющий плен, и окончательно окаменела, когда позади на талию опустилась твердая мужская рука.
Рука графа Дьюша.
Сглотнула, от всей души желая себе провалиться сквозь землю, и… кажется, провалилась. По крайней мере, вокруг стало очень сумрачно и глухо, как в огромной бочке, а где-то вдали встревоженно вскрикнули, а затем обеспокоенно заговорили мужчины. Несмотря на испуг, открыла глаза и прислушалась. Видимость была странной, словно из-под мутной толщи воды, да и слышимость оставляла желать лучшего, но прямо надо мной где-то метрах в двух топтали траву граф и магистр, озираясь, принюхиваясь, водя руками вокруг себя и раздраженно переговариваясь.
— Ну и что это было, Илье?! — наконец требовательно рыкнул граф, закончив нелепо топтаться и осматриваться.
— Не что, а кто. Марьяна, — мурлыкнул магистр, вызывая неосознанную дрожь возбуждения во всем моем теле одним лишь только голосом. — Я так понял, вы знакомы… Милая девушка, правда?
— Не трогай ее, — зловеще припечатал граф, вгоняя меня в ступор не столько приказом, сколько вообще вмешательством.
— Это почему же? — Судя по насмешливому тону магистра, его не напугал воинственный настрой дракона. — Сам хочешь развлечься?
— Я предупредил, — грозно рыкнул Герман и размашисто удалился.
Ильсивер тоже задерживаться не стал: проводил дракона насмешливым взглядом, хохотнул и отправился в противоположном направлении.
И, наверное, надо бы успокоиться, расслабиться, обдумать сложившуюся ситуацию в спокойной обстановке, но все, что у меня получалось, — это не биться в истерике, а тихонько хныкать, прикусив кулак для верности. Было страшно. Реально страшно! Так, что путались мысли, мутился рассудок и колотило не по-детски. Как я сюда попала? Почему? Как выбраться? Как докричаться и у кого просить помощи? Рядом никого, куда ни глянь — мрачное зыбкое нечто.
А время шло, вечерело… Длинные тени ложились на траву, ухудшая и без того плохую видимость. В какой-то момент я так устала бояться, что сил вообще ни на что не осталось, и я закрыла глаза. И кажется, уснула, морально не вынеся груза свалившихся на меня проблем.
