Начало светлой утра оказывается предвестником невзгод и разочарований. Каждое маленькое счастье — от плавного проезда маршрутизатора до случайного обнаружения выгодных распродаж в магазине обуви — быстро трансформируется в непреодолимую преграду. В один момент кажется, что все идет по плану, но затем мир рушится под ногами, заставляя задуматься о том, насколько сильно мы ценим обычность до тех пор, пока она внезапно исчезает....
Вскинула голову, потерялась в невероятно сочных зеленых глазах и даже не сразу поняла, что меня отпустили.
— Мири? — Все еще улыбаясь, мужчина сам отступил на шаг назад, и я увидела не только глаза, но и все остальное. — Я вас напугал? Простите великодушно, не думал, что этими тропинками тоже кто-то гуляет в это вечернее время.
Потрясающие, слегка вьющиеся русые волосы, переливающиеся золотистыми бликами в закатном солнце. Непослушная челка, чуть спадающая на глаза. Очаровательные ямочки на гладких щеках. Слегка заостренные уши.
— Напугали? — повторила я зачарованно и глупо улыбнулась. — Нет…"
"Понимала, что выгляжу как типичная недалекая воздыхательница которых, наверняка у этого совершенства половина академии, но ничего не могла с собой поделать. Мужчина поразил меня в самое сердце!
— Вот и хорошо, — улыбнулся он в ответ, и его глаза блеснули мальчишеским озорством, хотя навскидку мужчине было ближе к тридцати. — Иначе я бы себе не простил. Позвольте представиться, магистр Ильсивер, преподаю боевую магию.
Я только после его слов заметила одежду в темно-серых тонах с черным кантом, какую носили представители боевого факультета, и рельефную фигуру, отчего сердце окончательно зашлось в восторге, а благоразумие помахало ручкой. Несмотря на должность, Ильсивер не выглядел недалеким солдафоном, а походил скорее на ожившую статую какого-нибудь греческого бога. Например, Аполлона. Божечки-кошечки, я, кажется, влюбилась!
Ой, меня же о чем-то спросили?
— Марьяна, — выдохнула томно, совершенно не отдавая себе отчета в недостойном поведении, — секретарь факультета некромантии…
— Безмерно рад знакомству.
— Да-а-а… — простонала я в экстазе, чувствуя себя самой счастливой девушкой на свете и совершенно не торопясь забирать свою руку из нежных пальцев Ильсивера.
— Марьяна! Вот ты где! — зловеще раздалось за моей спиной, и я, вздрогнув от неожиданности, на секунду зажмурилась и испуганно вжала голову в плечи.
И все, волшебство как отрезало.
Ох, мать моя женщина! Что этот магистр со мной сделал?! Я ведь никогда такой идиоткой не была, чтобы от одного только голоса и глаз в амебу превращаться!
— Герман, ну как всегда, все портишь, — с досадой проворчал магистр, выпуская мою руку и, кажется, делая шаг назад.
