Дэн проснулся рано утром, в голове витали стихотворения Бродского — именно с четвертой строчки: "пули, разучившиеся петь". Он не знал, где нашел эти строки, но их словно подсказала его страх перед бойцами на рассвете. Весь день он цеплялся за жизнь, надеясь просто выжить в этом мире вечного и жестокого сражения....
На неё и так столько всего свалилось за эти дни.
И они принялись рассказывать Виктории про то, как Дэн с Евой познакомились и всё, что произошло с ней потом.
- Ты кто? - сказала Ева громко вслух, надеясь, что ее больше никто не слышит.
- Вижу у тебя и с памятью непорядки, - невозмутимо сказал голос.
- Хорошо. Начнем сначала. Ты Бази? - сказала Ева с вызовом.
- Мама звала меня Базель, но ты можешь звать меня просто Баз. Или ТурбоБаз.
- Почему Турбо?
И она услышала, как некто звонко пустил газы. Она прислушалась, но в этом туалете была только одна кабинка.
- Фу, ты что перднул? - возмутилась Ева.
- Конечно! Теперь тебе понятно, почему Турбо? – сказал довольный голос.
- Понятно, только не делай так больше. Ты меня отравишь! - и она зажала нос.
- Вот глупая баба! У меня же нет тела, я по определению пускать газы не могу.
- Но ведь воняет! - возмутилась она.
- Японский городовой! Чем тебе воняет? Я сто тысяч лет ничего не ел. А может и больше. Я вообще ничего никогда не ел!
- Откуда ты взялся? - Ева понимала, что задает глупые вопросы, но отчаяние в ее голосе, видимо не оставило незваного гостя равнодушным.
- Вообще или в твоей голове? - спросил он неожиданно серьезно.
- В моей голове.
- Слава богу! - Выдохнул он облегченно, - потому что откуда я взялся вообще, я не знаю. А в твоей голове - от твоего папаши. Упокой господи, его душу!
- Он умер? - потухшим голосом спросила Ева.
- Этого ты что, тоже не знаешь? - удивился Баз.
- Нет. Он ушел до того, как я родилась.
- Вообще-то нет! Он не умер.
- Так он жив! - обрадовалась Ева.
- Нет! - сказал он с чувством, - Евпатий-коловратий! Он не умер! Его убили! У-би-ли!
- О, Господи! - взмолилась Ева.
- Ну, зачем же так официально! Можно просто Баз, я тебе уже говорил.
- У меня отца, можно сказать, только что убили, а ты со своими шуточками.
- Какие уж тут шуточки! И убили его, дай Бог памяти. Ээээ, да какая разница! До новой эры это было, по вашему исчислению. Короче, давно!
- Ты больной что ли? - не сильно, впрочем, удивилась Ева, - Ты вообще знаешь, какой сейчас год?
- Смотря в каком летоисчислении и по какому календарю ты хочешь это знать.
- Я поняла, поняла. Ты там Википедию цитируешь что ли?
- Нет. А надо? Могу и Википедию, - ответил голос.
У Евы невыносимо болела от него голова. Она посмотрела на себя в зеркало.
