Дэн проснулся рано утром, в голове витали стихотворения Бродского — именно с четвертой строчки: "пули, разучившиеся петь". Он не знал, где нашел эти строки, но их словно подсказала его страх перед бойцами на рассвете. Весь день он цеплялся за жизнь, надеясь просто выжить в этом мире вечного и жестокого сражения....
- А ты ничего - сказал Баз. - На мой вкус худовата. Я не пес, кости не люблю.
- Ты меня еще и видишь? - удивилась Ева.
- Конечно! Ты же в зеркало смотришь, а это сакральный предмет!
- Что значит сакральный? - напрягалась Ева.
- Открывает дверь в потусторонний мир! - пояснил Баз, - Смотри внимательней в центр своих зрачков. И ты меня увидишь.
Ева приблизилась к зеркалу как могла близко, но не рассчитала, и ткнулась в него носом.
Баз заржал низким грудным смехом.
- Вот дура-баба! Да пошутил я, пошутил! Я вижу тебя на экране твоей собственной памяти.
Он отсмеялся и сказал:
- О, я тут вообще столько всего вижу!
И он даже присвистнул.
Этого Ева вынести уже не могла."
"- Заткнись! - крикнула она, - Заткнись и убирайся! Убирайся сейчас же!
- Я понял, понял! Не обязательно так орать! Ну, зови, если понадоблюсь!
Ева села на крышку унитаза и зажала руками голову. ""Господи! В ее голове поселилась какая-то злобная говорящая тварь. И её отец давно умер!"" Хотелось плакать. Нет, ей нужен Дэн. Она решительно поднялась с унитаза.
- Ева, с тобой все в порядке? - услышала она легкий стук и голос Изабеллы из-за двери.
- Да-да, я уже выхожу, - сказала Ева и решительно открыла воду. Она даже забыла, что хотела смыть сладкое пятно.
- Мы уже начали волноваться, - сказала Белка, когда Ева наконец вышла, - Тебе стало плохо? Ты так побледнела! Говорила я Арсению, не надо нам пить эту водку! – всё переживала Белка.
- Да, нет, не в водке дело. Хотя может и в ней, - улыбнулась Ева, - Просто что-то ужасно разболелась голова. Еще испачкалась как свинья, расстроилась.
И она показала на огромное мокрое пятно на груди.
- Мелочи! Не переживай! – махнула рукой Изабелла.
За поворотом библиотеки их поджидал Дэн. До туалета он не пошел, но на месте усидеть тоже не смог.
- Как ты? - ласково спросил он, когда она практически рухнула в его объятья.
- Уже лучше, - сказала она и кое-как сдержалась, чтобы не заплакать.
- Ты знаешь, Виктория не отстала от Арсения, пока он не согласился сходить с ней к тем монахам. И представляешь, он не смог! - говорил Дэн, пока они шли.
- Да, он сразу сильно удивился, когда мы сказали, что она ""проходная"", потому что его отец все проверял, и в гостиной ""выйти"" было некуда, кроме как в коридоры или двери, - поддержала Изабелла, - Но я ведь все видела своими глазами! А он нам с Викторией не верит.
