Заткнись! Снова Ева оказалась в роли спасательницы Новогодней ночи, но теперь она чувствует себя радостно и счастливо. Феликс выздоравливает, и Дэн был рядом, несмотря на холодный зимний вечер. Теперь каждая минута кажется особенной благодаря их присутствию друг у друга.
Кончиками пальцев проследила за несколькими ровными линиями, но общую картину под грязью, да в полутьме не разобрать.
— Познай самого себя? — перевела Эмма надпись. — Видеть это на стене бенедиктинского монастыря как-то странно.
— Странно, что столько лет пользуясь этим местом, мы не обнаружили этот проход, — сказала Офелия.
— Вы пользуетесь этим местом? — Ева удивилась, как быстро темнело, осматриваясь по сторонам.
— Да, это один из трёх Разломов или Переходов, как мы их называем, которыми пользуется отряд, — она посмотрела на Еву, словно что-то соображая. — Ты же у нас человек? Хочешь: три круга в фургоне вокруг этих развалин, и ты в фургоне, но уже в Сосновке?
— Но я… , — вся её жизнь, только что пережитая заново в переходе, жизнь с Дэном, снова мелкала у неё в голове. Она больше частью прошла именно в Сосновке, и, если Дэн сейчас был там.
— Только надо согласовать второй фургон. Тага! — уже давала распоряжения Офелия. — А Дэн сейчас там?
— Нет, он отсыпается в Замке, — он подошёл, отделившись от другой группы, ещё не понимая, что от него хотят.
— Как думаешь, перебросим её в Сосновку?
— А смысл? — он посмотрел на Еву, словно хотел что-то сказать, но промолчал. — Давай лучше отвезём её в гостиницу.
И Офелия кивнула, ни секунды не сомневаясь в его решении.
— Народ! — крикнула она. — Я думаю, до завтра здесь всё равно делать нечего. В семь утра на том месте. Все, кто в гостиницу — с Кротом, остальные по домам. Где, кстати, Крот?
— Он уже ушёл за машиной, — ответила Ирис.
— Ладно, ребята, всем пока! Тага! — Офелия, подняв руку, хлопнула парня по его поднятой ладошке, и исчезла.
Чувствовалось, что в их отряде не привыкли тянуть время.
— Феликс, а ты тоже работаешь с ними в отряде?
Ева задавала кучу вопросов по дороге, но они с Кротом чаще отмалчивались или отшучивались, чем отвечали.
Изабелла с Арсением поехали возвращать красненькую машинку в пункт проката. А этот фургон гнали за десятки километров только из-за Евы.
— Нет, мы познакомились в одном охранном агентстве, которое наняли, чтобы защищать одного товарища, в которого что-то слишком часто стали стрелять, — повернувшись к ней вполоборота, с пассажирского сиденья ответил Феликс."
"— В нём случайно, не двенадцать сотрудников и такой худой высокий дядька со шрамом на лице во главе? — подначивала Эмма.
Ева понимала, что они являются частью чего-то большего, чем говорят, но они так забавно выкручивались, что Еве нравилось их допрашивать.
