Заткнись! Снова Ева оказалась в роли спасательницы Новогодней ночи, но теперь она чувствует себя радостно и счастливо. Феликс выздоравливает, и Дэн был рядом, несмотря на холодный зимний вечер. Теперь каждая минута кажется особенной благодаря их присутствию друг у друга....
— Там же Кэкэчэн! — бросился Дэн навстречу этому ползущему на них пространству. Подхватил её, испуганную, растерянную, заплаканную и даже не пытавшуюся сопротивляться.
Но дальше этого каменного пола, что превратил пологий склон в большую ровную площадку, они не пошли.
Кэкэчэн, которую Дэн так и держал, прижимая к себе одной рукой и оглядываясь, больно стукнула его кулаком и вырвалась.
— Ай! — схватился Дэн за ушибленное плечо. — Кэкэчэн, стой! Ты уже не выйдешь отсюда!
Это она поняла и так. Она уходила в туман, и выходила из него, слепо выставив перед собой руки.
— Кто вы? — спросила она, бросая свои бесплодные попытки, но тут же догадка осенила её, Дэн и рта раскрыть не успел. — Вы Белые Боги? Чужие Белые Боги?
— Нет, Кэкэчэн, нет, мы не боги, — пытался убедить её Дэн, но она только улыбнулась.
— Вы пришли отговорить меня? Бабушка говорила, я могу вас вызывать. И я звала вас. Только что. Значит, вы пришли?
— Мы здесь немного по другой причине, — Дэн не знал, как же пояснить ей то, что он и сам не знал.
— Дэн! — окликнул его Арсений и заставил повернуться.
Со всех сторон из тумана появлялись люди. Они шли молча и уверенно по направлению к камню. Дэн видел их в первый раз, но он точно знал кто они — в красных кожаных доспехах со знаком двух перекрещенных на груди букв V — это шли члены Ордена Лимонного Дерева. Его бывшие члены. Один их них нёс зажжённый факел, и Дэн ещё не успел подумать, зачем он ему днём, когда факел опустился вниз, и через несколько секунд от него в двух направлениях поползли огненные змейки, соединяясь где-то за камнем и образуя ровный круг.
Их четырнадцать — посчитал Дэн. Командором был мужчина с факелом — на его левой лопатке на доспехах светилось две металлических полосы.
Дэн во все глаза смотрел на девушку.
