Заткнись! Снова Ева оказалась в роли спасательницы Новогодней ночи, но теперь она чувствует себя радостно и счастливо. Феликс выздоравливает, и Дэн был рядом, несмотря на холодный зимний вечер. Теперь каждая минута кажется особенной благодаря их присутствию друг у друга....
Она бы сказала семьдесят четыре года назад, так как не хотела быть старше своих лет, но Феликсу и сто казалось подходящей цифрой в её нестареющем положении. А ещё беременная Пророчица. И хоть Феликс давно уже смирился с её постоянным присутствием, и избавился от её голоса в своей голове, который, к счастью, был временно данной ей силой, но всё же вид её до сих пор вызывал в нем какую-то лёгкую неосязаемую тоску.
— Я так и не разобрался во всём этом, — признался отец, отодвигая плотную штору и предъявляя общему вниманию медные шестерёнки на стене.
Все, кроме Вики и Эммы промокли насквозь, и Феликс, осторожно переступил через лужу, образовавшуюся на полу, чтобы подойти поближе.
— Пеон? — спросил Ватэс. И взгляды всех присутствующих обратились к нему. Мокрый и потускневший что-то сейчас он совсем не казался величественным или грозным.
— Я понятия не имею, как это работает, развёл он руками. — Это всё Артемида. Она так рассвирепела, когда узнала эту историю. Она разозлилась сначала на богиню, что изгнала Пророчицу и сказала, что только она откроет эту головоломку.
— Она работает от крови, — сказал отец и на раскрытой ладони протянул им стерильные скарификаторы.
Дэн взял два, себе и Еве. В их участии никто не сомневался, но кто должны быть остальные? В прошлый раз отец всё подливал в углубления кровь избранных. Арсения, Феликса.
Виктория решилась первая. Она проткнула большой палец и вложила в ствол дерева. «Т»
— Ватэс, — показала она на крону. «L»
И он послушно сделал то, что она просила.
— Вы оба, — сказала она, убирая свой палец и отходя. — Наоборот!
Им пришлось поменяться местами.
И когда кровь послушно потекла по желобкам, Феликс увидел то, чего здесь никогда не происходило. Крона дерева загорелась не пурпурным, не розовым, не маджентой. Это был хороший глубокий синий цвет.
От крови Дэна корни светились красным, а смешавшись с кровью Вики тоже стали белыми как снежинки, что подтвердило было его догадку. Но кровь Евы, окрасив корни желтыми огоньками, тоже в результате смешивания стала белой, и Феликс смирился. Просто так было задумано. И это просто нужная кровь.
