Новогодняя ночь омрачается волнениями, после которых Ева находит утешение в присутствии Дэна. Между ними возникает напряжение, когда другие персонажи, включая Викторию и Феликса, добавляют сложности. Неожиданные события меняют их жизнь, заставляя переосмыслить приоритеты.
Раздел Chitat.online для книги «Элемента.T» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Новогодняя ночь омрачается волнениями, после которых Ева находит утешение в присутствии Дэна. Между ними возникает напряжение, когда другие персонажи, включая Викторию и Феликса, добавляют сложности. Неожиданные события меняют их жизнь, заставляя переосмыслить приоритеты.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Новогодняя ночь омрачается волнениями, после которых Ева находит утешение в присутствии Дэна. Между ними возникает напряжение, когда другие персонажи, включая Викторию и Феликса, добавляют сложности. Неожиданные события меняют их жизнь, заставляя переосмыслить приоритеты.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Это что? Олимп?
— Место, где нам никто не сможет помешать, — ответил парень в белом хитоне с золотой отделкой, и Феликс удивился, признав в нём Пеона.
— Серьёзно, где мы? — повторил это заглядывание за перила вслед за Феликсом и Дэн.
— Скажем так: где-то между небом и землёй, — ответил этот наряженный согласно древнегреческой традиции бог. — А вы я смотрю при оружии?
— А, это? — и Феликс, помня какой короткий его меч, небрежно дёрнул рукоять, но к своему удивлению извлёк на свет полноценный клинок. Только деревянный.
— Ксифос. Почти спартанский. Похвально, — хмыкнул Пеон.
Глядя на него Феликс отчётливо понимал, что все изображения Аполлона, что услужливо предоставляла Лулу, все статуи, картины и гравюры были просто выдуманы людьми. Светловолосый, кучерявый, с веснушками на тонком прямом носу, с серьёзным пронзительно синим взглядом, он выглядел величественно, но не столь великолепно, по мнению Феликса, как принято описывать. Но больше чем бог его интересовал сейчас этот игрушечный меч.
— Ничего не понимаю, — Феликс повернулся к Дэну, предъявляя ему оружие.
— Не советую размахивать, — предупредил Аполлон. — Страшная вещь и в вашем мире очень редкая.
— Шутишь? — Дэн рассматривал деревянное лезвие сантиметров сорока в длину, проводя по нему пальцами. Даже для детей его обтачивают сильнее. — По идее оно должно быть обоюдоострым.
— Очень редкое дерево. Можно сказать, единственное. То самое, на котором, если я не ошибаюсь, сейчас наливаются плоды.
И замолчал, не добавив больше ни слова, хотя Феликс ждал пояснений.
— Мы, — начал Дэн, делая шаг навстречу Аполлону.
— Я знаю, кто вы, — сказал он спокойно, но вытянул вперёд руку, приказывая стоять на месте. — Вы последние из избранных. И самые худшие.
— Многообещающее начало, — сказал Феликс, убирая свой незатейливый меч в ножны. — И чем же мы так плохи?
— Вы слабые. Вы слепые. Вы обделённые.
Он сказал это, высокомерно подняв голову, и Феликс подумал, что в его кудрях не хватает золотого лаврового венка.
— То есть, у нас нет шансов? — спросил Дэн.
Феликс чувствовал власть и исходящую от бога силу.
— Тысячи лет. Несколько бесплодных попыток. Десятки избранных. И только один из них догадался со мной поговорить. Это повышает ваши шансы на успех, но не обеспечивает его. Какие из вещей дожили до ваших дней кроме этого меча?
— Неразлучники, — ответил Дэн, моментально понимая, о чём идёт речь.
— О, Афродита отдала так много! Рад, что пряжка с её пояса до сих пор жива, — он замолчал, желая слушать дальше.
— Дерево, души истинных богов, — сказал Феликс.
— Пророчица и глупые дети, погубившие свою цивилизацию, — бог недовольно нахмурился и сложил на груди руки.
— Пророчицы у нас нет, — решительно ответил Дэн. — И не будет.
