Автор
Внутренняя дверь скрипит, и хозяин дома, Демидов Вилен Константинович, подзывает меня. Его жена Ирина смотрит на нас с презрением через плечо сына Максима — парня с отвратительным характером, которого нужно заставить исправляться. Блондинка рядом с нами — это новая любовница Виля, и ее присутствие только усиливает нервозность в этой комнате....
Ничего бы этого не случилось, если бы я поехал на эту вечеринку с самого начала, как она и хотела.
— Я успел?
Протяжно всхлипнув, она быстро и мелко кивает.
— Так хотелось, чтобы хоть кто-нибудь меня спас… Ты даже не представляешь.
55
Лия
В коридоре кто-то разбивает стакан — тонкий хруст стекла впивается в расшатанные нервы, заставляя дёрнуться и зло уставиться на дверь. На сегодня с меня достаточно разрушительных звуков — мир и без того трещит по швам.
— Лучше позвони отцу, — глухо предлагает Пётр, глядя, как Тимур в панике наматывает круги по номеру.
Резко остановившись, Тимур смотрит перед собой и, приняв решение, выуживает телефон из кармана и стремительно выходит в коридор.
Оттянув подол платья до самых икр, я разглядываю крошку стекла под ногами. Это я разбила о голову Морозова вазу в попытке высвободиться — а этому уроду хоть бы что."
"— Да, пап, извини, что беспокою так поздно… — доносится из-за неплотно прикрытой двери дребезжащий голос Тимура.
Намеренно игнорируя хрипящее тело, я нахожу глазами Леона. Упершись лбом в окровавленные ладони, он смотрит в пол, но потом, словно почувствовав мой взгляд, поднимает голову.
Клокочущий ком подступает к горлу вместе с новой порцией слёз, но я не позволяю им пролиться. Даже напротив — усилием воли приподнимаю уголки рта, давая понять, что я в порядке. Сознание вмещает лишь часть случившегося кошмара, и сейчас так даже лучше.
— Всё понял, пап… Да, да… Мне самому позвонить? А, ну хорошо… я, в принципе, так и понял…
Хлопок двери заставляет разорвать наш зрительный контакт. Тимур возвращается в номер, выглядя немного бодрее, чем пару минут назад.
— Отец сказал, что полицию пока подключать не стоит. Если стороны решат договориться, могут возникнуть сложности.
Не договорив, он смотрит на меня:
— Лия, ты как настроена? Будешь писать заявление?
Плотнее обняв себя руками, я снова вглядываюсь в каменное лицо Леона.
— Я пока плохо понимаю, что делать… Главное, что это не навредило ему.
— Короче, тогда ментов пока точно не зовём, — с видимым облегчением констатирует Тимур и снова прикладывает зажужжавший телефон к уху.
— Да, пап.
