Автор
Внутренняя дверь скрипит, и хозяин дома, Демидов Вилен Константинович, подзывает меня. Его жена Ирина смотрит на нас с презрением через плечо сына Максима — парня с отвратительным характером, которого нужно заставить исправляться. Блондинка рядом с нами — это новая любовница Виля, и ее присутствие только усиливает нервозность в этой комнате....
Не шарахалась ночами, как ты говорила, не сосала члены за гаражами, как это делали мои одноклассницы… У меня даже парень был всего один… Когда ты после смерти папы заявила, что мне нужно перевестись в другой вуз, я тебе и слова не сказала… Хотя мне жутко не хотелось… Я согласилась, потому что видела, как тебе тяжело, и не хотела доставлять проблем… Ответь, за что ты так меня презираешь? — по щекам текут слёзы застоявшейся обиды, которые я не пытаюсь смахнуть. — Что такого ты так сильно хотела видеть в своём ребёнке, чего нет во мне? Скажи! Может быть, я смогу это исправить!
Мама смахивает слёзы и мотает головой, но меня уже не остановить.
— Хочешь знать, почему я сбежала без спроса? Потому что учёбы и натирания столов мне недостаточно для счастья. Мне двадцать! Я хочу ходить на свидания, танцевать, общаться и не чувствовать себя преступницей! Вы с Виленом Константиновичем решили причинить мне добро, выдернули из привычной жизни и бросили в змеиное гнездо.
"Отступая назад, мама щупает трясущейся рукой воздух до тех пор, пока беззвучно не оседает на кровать.
— Как тебя унижали в университете?
— По-разному. — Нахмурившись, я смотрю в сторону. — Обзывали, коллективно бойкотировали, пинали рюкзак… гоняли к декану по сфабрикованным обвинениям… Вызывали на совет, где пытались отправить на принудительные сеансы психотерапии.
Поняв, что мама не знает о существовании кастовости в распиаренном вузе, я считаю нужным пояснить:
— Прислугой становятся те, кто попал в университет так же, как я — по случайности, а не из-за того, что подтираются деньгами. В обязанности прислуги входит всяческое угождение хозяину в обмен на возможность спокойно учиться.
