Автор
В Элизе и ее монстриках — мир полный сюрпризов и ожиданий. Здесь каждая страница открывает дверь в невероятное, где мистика встречается с обыденной жизнью. Каждое создание кажется живым, каждый образ на грани реальности и фантастики.
– Анни, приглуши свет. – Свет становится тусклым.
– Эй, Эггз. Ты меня слышишь?
Снова открываю глаза. Рядом с кроватью сидит папа. Мама идет к нему от стены с выключателем на противоположной стороне комнаты. Пытаюсь сглотнуть, но мой рот словно наждачная бумага.
– Да.
Они оба улыбаются. Мама проводит рукой по лицу.
– Что случилось? – спрашиваю я.
– Ты споткнулась в школьной столовой и ударилась головой о стол. – Папа протягивает руку к моему лбу. Мне нет нужды трогать его, чтобы понять, что на нем повязка.
– Голова болит, – отвечаю я. – Очень сильно.
– С тобой все было хорошо, когда ты выходила из дома утром? – спрашивает мама. – Ты позавтракала?
Я ничего не отвечаю, потому что наконец вспоминаю причину, по которой потеряла сознание, и те руки снова сжимаются вокруг меня. Это страшно. У меня перехватывает дыхание.
Они рассказали всем о ЛедиСозвездие. Теперь обо мне знает вся школа. Знает весь город.
Знает Уоллис.
– Как долго это продолжалось? – спрашиваю я.
– Сколько прошло времени с того, как ты упала в столовой? – Папа смотрит на часы. – Наверное, полтора часа. Они не захотели рисковать, вызвали «Скорую», и она привезла тебя сюда. Вот-вот придет доктор проверить, как ты.
– Вы рассказали им. Вы написали об этом в газету. – Мои глаза затуманивают слезы. Комната вращается, но я по-прежнему лежу на кровати.
– Рассказали им… ты имеешь в виду заметку, посвященную выпуску? – Мама моргает и переводит взгляд на папу. – Это всего-навсего «Звезда», Элиза, ее никто не читает.
– Его читают миллионы людей! Комикс! – Пытаюсь подняться, надеясь, что в сидячем положении у меня будет не так кружиться голова. Но это не помогает. – Миллионы людей! И некоторые из них живут здесь!
Они найдут меня. Они узнали, кто я, и теперь найдут меня.
– Эггз. – Папа кладет руку мне на плечо, чтобы уложить обратно, на его лице проступает беспокойство.
– Здесь живет Уоллис, – говорю я, отпихивая его руку. – Где он? Он сюда не приходил, верно? – Он не должен видеть меня такой.
Мама хмурится:
– Он ничего не знал? Я думала, ты уже все рассказала ему.
– Конечно, Уоллис ничего не знал! Никто не знал!
Спускаю ноги с кровати и неожиданно чувствую сильное головокружение. Словно сейчас опять упаду в обморок.
