Автор
В Элизе и ее монстриках — мир полный сюрпризов и ожиданий. Здесь каждая страница открывает дверь в невероятное, где мистика встречается с обыденной жизнью. Каждое создание кажется живым, каждый образ на грани реальности и фантастики.
Посмотрите на количество постов и комментариев. Посмотрите, сколько людей сейчас в онлайне.
Они ждут, пока мама с папой прокручивают страницы форумов, читая ники, заголовки постов, количество комментариев. Стоя у двери, я вижу, как папины брови сходятся, а мама прикладывает руку ко рту. Сжимаю кулаки в рукавах толстовки и держу рот закрытым.
– Этих людей миллионы, – говорит Салли. – Намного больше, чем сейчас на сайте. Они читают страницы комикса, которые Элиза выкладывает каждую неделю. Они платят за это.
– Да уж, – кивает Черч.
– Вы все время изводите ее тем, что у нее не будет стипендии и прочими вещами, но она не нуждается в ней. Вы, ребята, понимаете это, или вы забили на все после того, как отправили ее к вашему налоговому консультанту?
– Но это… это просто хобби, – лепечет мама.
– Нет, не просто хобби. – Салли кладет руки на компьютер. – Не знаю, что еще показать вам, чтобы до вас дошло.
– Никто из них не знал, кто она? – тихо уточняет папа.
– Нет, разумеется, нет, – бушует Черч. – Почему, как вы считаете, она никому ничего не хотела говорить?
– Она всегда была замкнутой. Мы думали, она не хотела привлекать к себе внимание.
– Она не хотела, – выпаливает Салли, – но не потому что… А, вы ничего не понимаете! Вечно твердите, чтобы мы были осторожны и делали правильные вещи, а потом выкидываете такое.
– Самым досадным, – подсказывает Черч.
– Что является самым досадным? – Салли разводит руки, словно охватывает и «Уэстклиффскую звезду», и компьютер, и все остальное.
Делаю шаг назад, под моей ногой скрипит половица. Все четверо поворачиваются ко мне. Мама плачет. Папа бледен.
– Почему ты ничего не говорила? – всхлипывает мама. – Мы думали, это пустяк.
