В теплых и необъятных объятиях Элли ощущает себя как новичок в своем собственном теле. С каждым рывком все более интенсивно, она погружается в горячую бездну, где тело взрывается от незнакомых чувств и страстных движений. Элли ощущает себя маленьким жалким существом, терпящим нечто большее, чем он мог предположить....
Боец встал, как вкопанный, а братья, заценив, конечно, голос его сестренки, разбежались в разные стороны, как гончие, вынюхивая свою Котену.
И все это время Ромка держался на одной только злости и азарте.
И не мог продумать до конца, что они с Димасом будут делать, когда найдут свое.
Татка поет. Выводит душевно, народ вокруг замер, даже сотовые с включенными фонарями подняли высоко. Качают, создавая море огней.
А братья Зверевы уже полклуба этого гребанного облазили. И нигде! Нет!
Неужели… Неужели, не с Таткой Элли? Неужели, раньше слилась куда-то?
Но в тот момент, когда Ромка уже готов сворачиваться и переть сквозь толпу к Татке, все еще стоящей на сцене, и выяснять у нее, куда подевалась ее подружка, причем, прекрасно понимая, насколько это может не понравиться и так чего-то слишком нервному сегодня Бойцу, как Димас замирает, делает стойку.
Элли, их маленькая девочка, стоит у колонны, слушает Татку. И глазки у нее не иначе, как на мокром месте.
Братья переглядываются и синхронно разрезают толпу, продвигаясь к ней с двух сторон.
Тут самое главное, не спугнуть. Потому что маленькая и шустрая девчонка запросто может опять юркнуть в какой-нибудь просвет, куда только кошка пролезть может.
И свинтит от справедливого возмездия!
Но все проходит хорошо.
Димас добирается первым, фиксирует Элли сразу двумя руками, зажимает рот ладонью.
А Ромка появляется спереди, прикладывает палец к губам.
Молчи, коза. Допрыгалась.
Элли тут же замирает, глазки подозрительно возбужденно блестят.
Так, утащить ее подальше отсюда.
Ромка осматривается. Был он тут как-то. Пару раз.
Кивает брату следовать за собой и продирается сквозь толпу. По пути попадается администратор.
- Кабинку, отдельную. Вип. – Командует Ромка. Администратор, высокая худая блондинка, начинает что-то лепетать про занятость и прочий бред.
За спиной сначала затихает музыка, Татка прекращает петь, потом, через пару секунд, все взрывается бешеным танцевальным битом, говорить становится труднее.
Но Ромка и не говорит.
Достает деньги, засовывает их блондинке за пазуху. Нагло и развязно улыбается, вспомнив себя, годовой давности, тогда еще не обычного мастера автомастерской, а разбалованного сына вице-мера города, которому открыто вообще все.
Больше вопросов не возникает.
Администратор идет вперед, за ней Ромка, а следом Димас, подхвативший их добычу на руки для скорости и убеждения в серьезности своих намерений. Элька пищит чего-то.
