В этой истории Элоиза, дочь короля, вынуждена оставить любимую работу и родных, чтобы стать частью новой жизни, где ценность личности уступила место материальным ценностям. Ее приход в новый мир не означает только перемены, но и вызовов, с которыми ей придется справиться, чтобы сохранить свой характер и веру в счастье....
Благо дети были далеко и не могли этого заметить. Показать свой страх близнецам он никак не мог, но дать надежду — вполне.
— Я не верю в чудеса, — ответил Джордж, — нас сожгут на костре.
Тоска и обречённость сквозила в каждом слове мальчика.
— Не говори так, Жоржи, — воскликнул лорд и поспешно добавил, — мы… я что-нибудь придумаю. Мне нужно только время.
Тут раздался насмешливый голос из, кажется, соседней с ним камеры, уж больно хорошо он слышал говорившего:
— Не несите чушь, лорд, — голос был женским и скрипучим, — мы все помрём.
— Прекратите пугать детей! — громко воскликнул Алистер, храбрясь. Имея живое воображение он тут же в красках представил всё то, что описала незнакомка. По голосу сложно было определить возраст, но точно не девушка. — Это неправильно, — уже тише добавил он, а в ответ услышал презрительное фырканье и тихий плач Амелии, а затем утешающие бормотания Джорджа.
Его слова не возымели никакого действия, Амелия лишь расплакалась ещё сильнее. Алистер устало развернулся и оглядел ""убранство"" своей камеры. Грязная, свалявшаяся старая солома на каменном растрескавшемся полу; лавка для сна, которую подвесили на ржавые цепи, вбитые в стену. Маленькое окошко под самым потолком, откуда веяло ночной прохладой.
Лорд в который раз порадовался, что его не заковали в кандалы, висевшие на другой стене.
Вокруг копошилось несколько крыс. Эти твари совершенно не боялись человека, не спеша ходили мимо Алистера и деловито рылись в гнилой подстилке.
В сердцах пнув самую наглую и жирную, откуда только жир? милорд довольно оскалился, увидев, как та смачно стукнулась об стену, а потом глухо шмякнулась об пол. Товарки пострадавшей подняли возмущённый писк и шустро разбежались по углам.
— Умные, — фыркнул Алистер и чуть поморщившись, присел на вонючую лавку.
Ему оставалось лишь ждать и молиться. Что он и принялся делать, искренне веря в помощь Всевышнего.
Алистер задремал, когда его разбудил громкий скрип открывающейся двери. Затем послышались многочисленные шаги и голоса. Он не смог разобрать сколько человек двигаются в сторону темницы, но нутром чуял, что это совершенно необычно.
