Эмблема с секретом, как загадочный знак на борту «Антиволны», привлекает внимание к тайне, который скрывает шифрованный код внутри него. Корабль в Баренцевом море кажется спокойным, но неустанный ветер и непредсказуемые волны лишь подчеркивают его силу и надежность.
– Какие-то арабы, какое-то ограбление… Кстати, полиция так и не нашла виновных…
– А если просто воспроизвести еще один «Misty»?
– Еще один, два, три, тысячу… Они будут прекрасно выполнять свою основную работу и вести очень точную разведку. Но сбивать с курса русские ракеты они не будут. Если опять случайно не совпадут индивидуальные характеристики, дающие побочный эффект. Но вероятность повтора – одна на миллиард!
Кольбан закусил губу, задумавшись. И неожиданно спросил:
– Вы были единственным ребенком в семье, Паркинсон?
Шеф удивленно поднял брови.
– Нет. У меня был брат. А какое…
– Он был похож на вас? – перебил его Кольбан.
– Не очень…
– Хорошо. А теперь просто представьте, Мэл, сколько детей должны были нарожать ваши родители, чтобы на свет появился полный ваш двойник. Не только лицо, рост и так далее, но и группа крови, отпечатки пальцев и даже привычка разглядывать свои руки, разложенные на столешнице…
Паркинсон торопливо убрал руки со стола.
– …и многое-многое другое. То есть полное совпадение внешних и внутренних параметров.
– М-м… – выдавил Паркинсон.
– Но в нашем случае оно произошло. А вы хотите, чтобы это неуловимое совпадение поставили на конвейер.
Кольбан улыбнулся и развел руками.
– Нам надо благодарить судьбу за подарок, – сказал он. – Ценный и единственный, Мэл. Другого не будет.
Паркинсон пошевелился и вздохнул. Краска ушла с его щек. Теперь это был обычный старина Парк, шеф русского отдела, одного из самых «горячих» и неблагополучных национальных секторов в ЦРУ.
– Что ж, – сказал он и вздохнул еще раз. – Раз больше ничего не остается… Тогда постараемся использовать этот подарок на все сто процентов!
* * *Из рабочего блокнота майора ФСБ Евсеева:
«15 сентября 2011 г.
Все детекторы, установленные в ходе операции “Сеть”, наконец включены в работу. 21 577 датчиков, контролирующих изрядный лоскут территории России. “Бредень” тянется от астраханских степей вдоль северной границы Казахстана до самого Якутска. Если зловредное излучение существует, оно обязательно попадет в его ячейки.
Центр обработки данных расположен в Саратове. Я только что оттуда – тестировали каналы связи. Все в норме. С начала августа я в разъездах. Научился спать в самолете. Научился есть в самолете. Даже брился в самолете пару раз. Учитывая, что электробритвой принципиально не пользуюсь (отцовское воспитание), это было не просто. Но ничего, не зарезался. Правда, вся физиономия будто расцарапана. Кошкой.
