Эмблема с секретом, как загадочный знак на борту «Антиволны», привлекает внимание к тайне, который скрывает шифрованный код внутри него. Корабль в Баренцевом море кажется спокойным, но неустанный ветер и непредсказуемые волны лишь подчеркивают его силу и надежность.
Это – ученые. Самые занятые и неорганизованные штатские на свете. Приказы для них ничто. Они не слушаются ничьих приказов.
Профессор Гольц находится в Зеленчукской обсерватории (Северный Кавказ), где у него «забито» 56 часов работы на местном радиотелескопе. Доктор Середа занят в каком-то международном эксперименте со скрученными радиоволнами в Венеции. Семинары. Конференции. Подтопленные (кто их все время подтапливает, интересно?) лаборатории. Тысяча и тысяча причин.
Жена, видя, как я мучаюсь, предложила подключить подразделение “Альфа” и собрать всех профессоров в одном месте к установленному времени.
Смешно.
Нет, не смешно. С каждого мне предстояло еще взять подписку о неразглашении. Это отдельная история, не хочу даже вспоминать.
Конечно, сыграл положительную роль антураж всей этой истории. Президентская комиссия, заседает в 14-м корпусе Кремля, возможно, прибудет Сам… Под таким соусом даже Илларион Дмитриевич Боков согласился пробудиться в восемь утра, профессор Гольц все-таки бросил свой радиотелескоп, а доктор Середа оставил венецианские гондолы.
Что ж, посмотрим, во что это выльется. По крайней мере, я сделал что мог. Завтра увижу, что из этого получится».
«20 сентября 2011 г.
Надейся на хорошее, а готовься к худшему. Мне казалось, я готов.
Но это только казалось.
Как бы это объяснить покороче… Я не ученый, я даже не имею технического образования. А потому ощущал себя полным дураком. Параметры частот, конус охвата, чистота кремния в транзисторах…
В общем, по версии профессора Гольца, все дело в каком-то редком совпадении частоты излучения и тактовой частоты БЦВМ (бортовая цифровая вычислительная машина.
"Я очень коротко изложил основную суть. На самом деле было много шуму и споров, мне как неспециалисту не очень понятных. Заседание едва не сорвалось, когда доктор Середа заявил, что он принципиально не работает с данными, полученными со стороны.
К счастью, заседание почтил своим присутствием сам Президент. Это было очень кстати. Ученый люд сразу подтянулся, отринул капризы и настроился на конструктивный лад. Но в конце нас все равно ждало полное фиаско.
