Эмблема с секретом, как загадочный знак на борту «Антиволны», привлекает внимание к тайне, который скрывает шифрованный код внутри него. Корабль в Баренцевом море кажется спокойным, но неустанный ветер и непредсказуемые волны лишь подчеркивают его силу и надежность.
– Так точно! Кнопин отследил в бинокль: они возвращаются! Сейчас на отметке два…
– Ну, ну… Что ты тянешь!
– Да нормально все, Василий Палыч, – улыбается дежурный. – Здоровенного барана завалили! Ребята еле везут санки.
– Так сразу и говори! – Гнетов тоже улыбается. – Со второй отметки идти часа полтора, к обеду как раз успеют.
И вдруг раздается громкий требовательный звонок красного телефона. Улыбки мгновенно стирает с лиц офицеров. Как будто в дежурку залетела шаровая молния. Майор вскакивает, вытягивается по стойке «смирно» и только после этого берет трубку.
– Дежурный ЦККП майор Голунов!
– Генерал Воробьев. Давай командира, быстро!
Темный горный загар мгновенно сошел с лица офицера. Он молодцевато гаркнул в трубку прямой связи:
– Есть, товарищ генерал! Он как раз в штабе!
Выразительно посмотрел на Гнетова, отнял трубку от уха и протянул начальнику.
– Кто? – одними губами спросил полковник.
– Воробьев! – так же беззвучно ответил дежурный.
Вот не было печали! Гнетов выдохнул в сторону, как будто там, в далекой Москве, куратор Космических войск мог учуять запах спиртного.
– Командир части полковник Гне…
Ему не дали договорить.
– Доложите обстановку! – Властный бас в трубке заставил Гнетова невольно вздрогнуть и от старательности выпучить глаза. Что это значит? Чем он привлек внимание высокого начальства?
Гнетов лихорадочно соображал. Личный звонок генерала Воробьева – событие экстраординарное, причин может быть только две: чаще какой-то колоссальный прокол и соответствующий разнос с оргвыводами или, крайне редко, большой успех и соответствующая благодарность.
– Товарищ генерал-майор, сопровождение и поиск объектов ведутся в штатном режиме! Чрезвычайных происшествий в части не зафиксировано! – Гнетов сглотнул и по-неуставному добавил: – Все в порядке, товарищ генерал-майор!
– Что вы понимаете под «порядком»? – Генерал Воробьев отчетливо выделил последнее слово.
