Эмблема с секретом, как загадочный знак на борту «Антиволны», привлекает внимание к тайне, который скрывает шифрованный код внутри него. Корабль в Баренцевом море кажется спокойным, но неустанный ветер и непредсказуемые волны лишь подчеркивают его силу и надежность.
Так что я тебе на обед свежайших отбивных нажарю.
Но Синицын будто не услышал.
– У тебя все в порядке-то? А? – не выдержала.
Он мотнул головой, промычал что-то типа «угу».
– А чего смурной-то?
– Спать хочу.
– Так сейчас отоспишься. У меня. Я тебе и снотворное приготовила.
Он поднял глаза.
– Какое еще снотворное?
Катерина улыбнулась, глядя на его вытянувшееся лицо."
"– Сто грамм, вот какое! – победным тоном объявила она. – Специально с вертолетчиками договаривалась. И пиво, и водку заказала! Вон, только что домой сбегала, в морозильник положила.
– Выключусь и без твоих ста грамм, – отмахнулся он.
– Да ты и так выключенный!
– Тебе хлопот меньше.
Она не обиделась. Фигушки, не дождется. Не на ту напал.
– А мне, может, нравится хлопотать, – промурлыкала Катерина. – Ты вон совсем черный стал, похудел – не высыпаешься, поди. Потому что ночью дежуришь, а потом думаешь, о чем не положено. А у меня ты ни о чем думать не будешь.
– Ну да. У тебя все встают, как огурцы. Это я знаю, – сказал Синицын.
Она выпрямилась.
– Ну чисто старый дед! – Посмотрела на него, усмехнулась. – А вот и не все! А только те, кого приглашаю!
Капитан ничего не сказал, молча отставил тарелку. Вид у него и в самом деле неважнецкий. Сдал как-то за последнее время. На днях, говорят, к фельдшеру ходил, тот ему порошок какой-то выдал – от головной боли, что ли. А может, снотворное.
– Так что, точно придешь или как в прошлый раз?
Синицын усмехнулся.
– Конечно, точно, – отхлебнул чай из стакана, поставил на место. – А то кого-нибудь пригласишь на свободное место. А меня жаба потом задушит. Я ведь жадный, ты знаешь…
– И ни разу ты не жадный, брось.
Синицын встал, одернул форменную рубашку.
– Мне ведь и в самом деле выспаться не помешает. А такой мягкой и свежей постели, как у тебя, на нашей высоте больше не найдешь.
Катерина тоже поднялась из-за стола – налитая, ладная, что грудь, что бедра, что попа – все на месте, а еще по талии фартуком туго-натуго перетянута, чтобы подчеркнуть все достоинства.
– Постель у меня свежая, это верно! – хмыкнула она и потянулась. – И не только постель!
Выспаться… Что-то в последние недели с ним произошло, какая-то дрянь приключилась, из-за чего сон превратился в настоящую проблему.
