При учебных запусках стратегические ракеты терпят крушение. Контрразведчик Евсеев и разведчик Полянский расследуют саботаж на ракетно-ядерном щите страны. Им предстоит выявить врагов, скрывающихся в рядах системы, и предотвратить катастрофу.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Эмблема с секретом»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
При учебных запусках стратегические ракеты терпят крушение. Контрразведчик Евсеев и разведчик Полянский расследуют саботаж на ракетно-ядерном щите страны. Им предстоит выявить врагов, скрывающихся в рядах системы, и предотвратить катастрофу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Данил Аркадьевич Корецкий Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
При учебных запусках стратегические ракеты терпят крушение. Контрразведчик Евсеев и разведчик Полянский расследуют саботаж на ракетно-ядерном щите страны. Им предстоит выявить врагов, скрывающихся в рядах системы, и предотвратить катастрофу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Этим оно, собственно, и занято в настоящий момент.
Синицыну становится страшно. Каждая клетка организма сопротивляется, пытается уйти из-под пристального взгляда, который превращает их в числовые множества. И ему кажется, что он разваливается на миллиард частиц.
Но в то же время он прикован к своему месту. Не может ни крикнуть, ни пошевелиться. И даже проснуться не в силах… (да-да, краешком сознания он понимает, что все это только сон, кошмарный сон)."
"Неужели Катерина с Гнетовым ничего не замечают?
Нет. Катерина уже превратилась в полную разухабистую цифру 8, похожую на снежную бабу. Гнетов с вытянутой вперед рукой и отклоненным назад корпусом стал цифрой 7. Между ними припала на колено двойка с выгнутой дугой шеей… Это он сам, Синицын.
Восемьсот двадцать семь. 827.
«Это очень важно», – подумал он.
Что важно?
Только теперь ему стало ясно: катастрофа уже произошла. Только что. Двойка склонила голову не потому, что хочет приникнуть к чьей-то груди, а потому, что получила страшный удар в затылок. Потому что она – помеха, преграда. Преграда между семеркой, застывшей в позе дровосека, и восьмеркой в поварском фартуке.
Восемь – два – семь.
Восемьсот двадцать семь.
Стук топора, хруст костей. Холодный взгляд из темноты.
Ужас перед вечностью.
* * *…В конце концов остался только стук.
Тук!
Синицын вскочил с кровати. Голова раскалывалась, будто ее и в самом деле отходили острым тяжелым предметом. И сонное чувство безысходности еще не улетучилось.
Тук! Тук!
– Эй, ты живой там?
Он встал, прошел несколько шагов, массируя затылок. Открыл дверь.
– Отсыпаешься?
Это был Гнетов. Трезвый. Бледный. Одну руку он держал за спиной. На влажных волосах остался примятый круг от фуражки.
– Дождь, что ли? – спросил Синицын. Он думал, что сон продолжается.
– Какой еще дождь? – буркнул Гнетов. – Он пригладил волосы, посмотрел на ладонь, вытер ее о брюки. – Можно войти?
Удивленный такой вежливостью, Синицын молча посторонился. Полковник вошел, прикрыл за собой дверь и остался стоять, хмуря брови.
– Я, это… – Он прокашлялся. – В общем, тут начальство к нам пожаловало, ты в курсе, наверное… Так вот, дело одно есть к тебе, капитан…
– Я больше не при делах, – перебил его Синицын. – Я здесь человек посторонний. Меня даже не кормят уже три дня.
– Да эти долбачи все перепутали! Вот, поешь, – Гнетов вынул руку из-за спины и положил на стол сверток, поспешно развернул.
Хлеб, банка печеночного паштета, кольцо краковской колбасы, которая пахла так вкусно, что Синицын сглотнул слюну. Но заботящийся о нем Гнетов являл собой столь невероятное зрелище, что он подумал, будто еще спит. Может, поэтому он отломил кусок колбасы, отщипнул хлеба и принялся жадно жевать.
– Тебя обратно на довольствие поставили.
