Автор
Сирота по прозвищу "Пустой" - наёмник и преступник, чья жизнь полна крови и ошибок. За совершённые злодеяния ему предстоит расплата. История о том, как человек, казалось бы потерянный для общества, получает шанс на искупление и переосмысление своего тёмного пути.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Эпоха Опустошителя. Том II (СИ)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Сирота по прозвищу "Пустой" - наёмник и преступник, чья жизнь полна крови и ошибок. За совершённые злодеяния ему предстоит расплата. История о том, как человек, казалось бы потерянный для общества, получает шанс на искупление и переосмысление своего тёмного пути.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Вел Павлов Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
Сирота по прозвищу "Пустой" - наёмник и преступник, чья жизнь полна крови и ошибок. За совершённые злодеяния ему предстоит расплата. История о том, как человек, казалось бы потерянный для общества, получает шанс на искупление и переосмысление своего тёмного пути.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Эпоха Опустошителя. Том II (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ведь всё сводилось к одной единственной причине.
— Почему, Бетал? Почему… ты призвал меня? — боязливо сглотнув, шепотом осведомился седовласый, прекрасно понимая, чем всё это грозит. — Почему… я не ощущаю ауры сына? Где он сейчас? Ты ведь знаешь, что срок еще не вышел. Оставалось еще два года. Два проклятых года! Ты же знаешь… Так ответь мне, Бетал… Почему?
— Простите меня, мой господин, — растеряно пробасил старик, начиная дрожать, но не от страха, а от раскаянья. — Я… я подвёл вас… Я… я не справился…
Вот только довести свою речь до конца тот не успел, холодная ладонь крепко сжала его горло и с ужасающей лёгкостью приподняла тело над полом, а из глотки старика лишь вырвались обреченные хрипы.
— Не смей, Бетал, — смертельно бледнея, опустошенно проронил прибывший, а в робких бликах тлеющих углей было видно, как глаза его заблестели от подступающих слёз. — НЕ СМЕЙ!!! Не смей мне говорить такого! Ты обещал! ОБЕЩАЛ!!! Обещал, что позаботишься! Обещал, что присмотришь за ним…
— Простите меня, мой господин, мне нет прощения… Я не покончил со своей жизнью только поэтому… Я хотел, чтобы вы забрали её лично.
— МНЕ НЕ НУЖНА ТВОЯ ЖИЗНЬ!!! — перешел на вопль седовласый, но голос его страшно дрожал, а пальцы на горле сжималась всё крепче. — МНЕ НУЖЕН СЫН! МОЙ ДОРОГОЙ СЫН! Ты прекрасно знаешь на какие жертвы я пошел ради этого! Знаешь, на какие жертвы пошла она! На что пошли все мы! Знаешь, что мне опасно тут находиться! Знаешь, что даже унция магии может навредить ему! Я доверил тебе одного из самых драгоценных людей в жизни — СВОЕГО СЫНА! А теперь ты просишь у меня прощения?! Ты единственный, кто подходил на эту роль! ЕДИНСТВЕННЫЙ! А этот захудалый мирок не должен был ему навредить! Так, где он? Где мой сын?! Что с ним стало?! ГОВОРИ!!!
— Юный господин… он… он… — все следующие слова застряли в горле у старого калеки, но сделав усилие над собой, тот обреченно прошептал, — … он исчез. Вероятнее всего… погиб.
От услышанного алые всполохи пробежали по багровым доспехам, а руки, удерживающие старческое тело предательски задрожали."
"— Нет… Нет… Нет… — словно мантру стал шептать седовласый одно и тоже слово, качая отрицательно головой. — Нет…
— Я не успел… Не успел спасти его, — мёртвым голосом пробормотал Бетал. — Я готов умереть. Больше всего на свете я ненавижу себя за то, что не успел. За то, что подвёл вас и госпожу.
— Нет… Нет… НЕТ! Этого не может быть… — выкрикнул зло мужчина. — НЕ МОЖЕТ!!!
В порыве гнева тот хотел свернуть шею верному подчиненному, который долгие двадцать три года исполнял важнейшую задачу, но вместо этого прибывший каким-то чудом сдержал себя и отбросил калеку к стене, а сам упав на колени, схватился за волосы и стал раскачивать в обе стороны головой словно умалишенный.
