Автор
Сирота по прозвищу "Пустой" - наёмник и преступник, чья жизнь полна крови и ошибок. За совершённые злодеяния ему предстоит расплата. История о том, как человек, казалось бы потерянный для общества, получает шанс на искупление и переосмысление своего тёмного пути.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Эпоха Опустошителя. Том II (СИ)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Сирота по прозвищу "Пустой" - наёмник и преступник, чья жизнь полна крови и ошибок. За совершённые злодеяния ему предстоит расплата. История о том, как человек, казалось бы потерянный для общества, получает шанс на искупление и переосмысление своего тёмного пути.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Вел Павлов Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
Сирота по прозвищу "Пустой" - наёмник и преступник, чья жизнь полна крови и ошибок. За совершённые злодеяния ему предстоит расплата. История о том, как человек, казалось бы потерянный для общества, получает шанс на искупление и переосмысление своего тёмного пути.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Эпоха Опустошителя. Том II (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Да поняла я тебя! Надеюсь, ты когда-нибудь со своими приказами свалишь в Инферно! — взбрыкнула яростно та, а потом с холодцом взглянула на меня. — Не надейся, что я буду тебе беспрекословно подчиняться! Команды от безмозглых вояк я зачастую игнорирую! Усёк?! Я за снаряжением!"
"Не прошло и вдоха как та на всех парах устремилась прочь, а Йоргос с тяжелым вдохом отправился следом, лишь напоследок отвесив нам краткий поклон.
— Стерва! — проревел Танар в спину сестре. — Никогда замуж не выйдешь! Скажу отцу он найдет тебе самую скверную партию!
— Подлый гад! — раздался визгливый голос. — Только посмей и я тебе яйца отрежу!
— Стерва! — вновь повторился тот, а стоило девице исчезнуть из виду, как на лице у лейтенанта Ксанта расцвела довольная улыбка. — Люблю сестрицу. Ничего не могу с собой поделать. Ты уж присмотри там за ней.
Танар решил дать в подмогу свою родственницу? Нежели в этом и заключается подвох? И почему мне кажется, что я заключил невыгодную для себя сделку и кое-кто попросту сбагрил на мои плечи несносную проблему.
— Через полчаса выступаем! — громко отдал я приказ, глядя на то, как сгущаются сумерки, а затем неспешно обернулся к сокрушителю. — Если не секрет, то какое положении в иерархии побочной ветви дома Фалайн ты занимаешь?
— Ну, если коротко, — с глупой улыбкой проблеял он, почесывая подбородок. — Я… вроде как… второй сын главы побочной ветви дома Фалайн.
Мириада сраных бед! Да передо мной один из тех самых хвалённых наследничков…
Глава 8
Кровопролитный патруль…
Царство Аделлум.
Бастион Западный Предел.
Несколько минут спустя…
Так называемые «побочные ветви» хоть именовались, как основная часть доминирующего дома, но во всём уступали своим хозяевам. Ведь развивались, да и существовали, отдельно друг от друга, а если говорить весьма кратко, то одни попросту во всём подчинялись другим, то есть были их самыми верными вассалами. Таков закон Вечного Ристалища.
Как оказалось, у отца Танара, который по совместительству являлся главой побочной ветви дома Фалайн имелось лишь трое детей от трёх разных жен. Подобные браки строились на чистоте крови благородных, достижениях той или иной стороны, а также таланте тех самых брачующихся разумных. Все эти высокознатные выверты на основе обычной селекции делались лишь для того, чтобы будущий ребенок заимел лучшие стороны своих родителей.
Зачастую так называемые наследники младших, доминирующих или же великих сил со всего Вечного Ристалища из-за тщательного отбора рождались весьма гениальными личностями. Вот только слово «зачастую» играло основополагающую роль во всём этом фарсе с детишками, поскольку подобный метод срабатывал в девяноста семи или же девяноста восьми процентах случаев.
