Третий том саги о герое по прозвищу «Пустой» — человеке, чья жизнь превратилась в цепь преступлений и беззаконий из-за одной роковой ошибки. Теперь ему предстоит расплатиться за совершённые грехи и найти искупление в жестокой и безжалостной эпохе опустошения.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Эпоха Опустошителя. Том III»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Третий том саги о герое по прозвищу «Пустой» — человеке, чья жизнь превратилась в цепь преступлений и беззаконий из-за одной роковой ошибки. Теперь ему предстоит расплатиться за совершённые грехи и найти искупление в жестокой и безжалостной эпохе опустошения.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Вел Павлов Легкое чтение Фантастика Боевая фантастика подборки серии
Третий том саги о герое по прозвищу «Пустой» — человеке, чья жизнь превратилась в цепь преступлений и беззаконий из-за одной роковой ошибки. Теперь ему предстоит расплатиться за совершённые грехи и найти искупление в жестокой и безжалостной эпохе опустошения.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Эпоха Опустошителя. Том III» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Как успехи? — поинтересовался судорожно я у Альяны, пытаясь пробраться через толщу разумных, то и дело кривясь от неутихающей боли в голове. — Чем… порадуешь?
« Мне есть, чем тебя обрадовать, — беспокойно заметила Руна с тенью улыбки в голосе. — Однако объяснять долго. Придётся всё показывать на деле, ситуация к теории не располагает. Сейчас всё… всё как в тумане. Дай мне несколько минут, чтобы придти в себя и во всём разобраться, — неуверенно заключила спата».
Для тебя всё, что угодно, жемчужина очей моих, — усмехнулся криво я, продолжая терпеть мучительные спазмы.
«Дурак! — с явным довольством выпалила Альяна. — И лечиться не хочешь!»
Я тоже по тебе скучал, малышка…
Лишь в одном Тэйн малость ошибся. Хаос и паника начались до прихода некоего архидемона. Крики и нарастающая тревога доносились со всех сторон. Мергара и без того являлась густонаселённой, но сейчас на просторах Верхнего города было не протолкнуться. Вечернее небо краснело на глазах, но с каждым шагом и пройденной секундой оно лишь багровело сильней.
— РАНКАР, НА КРЫШУ! — закричал гулко падший, пытаясь заглушить своим воплем народное смятение, что образовалось на улицах. — МЫ ТЕБЯ ТОЛЬКО ЗАДЕРЖИВАЕМ! АРТЕФАКТЫ ЗВУКОПЕРЕДАЧИ У НАС С СОБОЙ! БУДЬ НА СВЯЗИ!
Проклятье! Голову даю на отсечение, что до того, как Тэйна лишили крыльев и уничтожили источник он был знатной персоной среди своих!
Сумрачный сдвиг…
— Не лезьте на рожон и не вздумайте подыхать! — рявкнул громко я, пытаясь изо всех сил преодолеть порывы боли. — Найдите Цуга и укройтесь где-нибудь!
Можно сказать, что последние слова я кричал уже не парням, а просто сотрясал воздух, потому как те моментально затерялись где-то позади, но как нельзя кстати сработал артефакт связи.
Мы найдем Цуга! – раздался приглушенный голос бывшего серафима у самого уха. — Сам не лезь на рожон! Порождения Инферно необычные разумные! Они с рождения гораздо сильнее прочих существ, помни об этом, если надумаешь вступать в схватку.
Ты же не рядовой серафим, не так ли? — выпалил мысленно я, обращаясь к артефакту связи и вновь применяя сдвиг. — Уже сражался с ними?
На секунда возникла гнетущая тишина, лишь вопли и крики разумных раздавались со всех сторон, но молчание прервалось также резко, как и образовалось:
Нет, не рядовой. Моя семья участвовала в третьей войне против Инферно, — сухо декларировал падший с долей заминки. — Я думал, что ты догадаешься. Рамас слишком болтлив. Мой народ называют херувимами, а не серафимами. Серафимы — это высший небесный чин. Серафим с шестью парами крыльев — венец творения нашей расы.
Казни сущее Ярвир! Тэйна постоянно звали серафимом. Я подозревал, что он не прост, но о таких подробностях не догадывался.
