Сирота с позорным прозвищем «Пустой» совершил одну роковую ошибку, обрекшую его на жизнь преступника и наёмника. Теперь герой должен расплатиться за содеянное. Четвёртый том эпопеи о падении и возмездии, где каждый грех требует искупления.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Эпоха Опустошителя. Том IV»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Сирота с позорным прозвищем «Пустой» совершил одну роковую ошибку, обрекшую его на жизнь преступника и наёмника. Теперь герой должен расплатиться за содеянное. Четвёртый том эпопеи о падении и возмездии, где каждый грех требует искупления.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сирота с позорным прозвищем «Пустой» совершил одну роковую ошибку, обрекшую его на жизнь преступника и наёмника. Теперь герой должен расплатиться за содеянное. Четвёртый том эпопеи о падении и возмездии, где каждый грех требует искупления.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Эпоха Опустошителя. Том IV» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Очень жаль, что северные наследнички прячут свои регалии силы. Хотелось бы посмотреть, чего они стоят в бою.
— Яснее некуда, — сухо изрёк я, пожимая плечами.
— Уничтожь и сотри в порошок! Каждого! — безжалостно выдала она, глядя мне точно в глаза. — Сделай то же самое, что сделал в Асгарде. Я знаю, что ты многое скрываешь, но это приказ. На арене дозволяю действовать так, как пожелаешь! Можешь плюнуть на последствия! Последствиями я займусь сама. Зарекомендуй себя и сотри самодовольные ухмылки с их рож!
Чтоб мне провалиться! Впервые я хоть в чем-то с ней согласен. Не верится как-то.
— Будет исполнено, юная госпожа…
За время нашей краткой беседы, количество имен на магических экранах заметно прибавилось, но моего по-прежнему нигде не фигурировало. Прошло ещё немного времени и в какое-то из мгновений в правой группе среди всех участников замерцало имя Элейны, а вот в левой группе насчитывалось сразу четыре голубокровных наследника.
Камней на чаше оставалось менее десятка, но я уже прекрасно осознавал куда меня стремится закинуть пернатая стерва.
Через пяток секунд на дне забрезжило всего-навсего три камня, а моего имени еще не было.
Затем оставалось два и слева образовалась вновь неизвестное имя.
Лицо первой по силе валькирии выражало непоколебимость и спокойствие во время жеребьёвки. Следом она вытянула еще камень, и справа вспыхнула очередная надпись, которая к моей персоне не имела никакого отношения.
Теперь на дне стеклянной чаши барахтался всего-навсего один камень и протянув руку, та в демонстративной манере сжала его, отчего артефакт распался, а миг погодя имя Ранкара Хаззака замерцало в левой группе самым последним.
От увиденного хотелось громко и заливисто хохотать.
«Говорила же, что это подстава! — рассерженно выпалила Руна. — Хитрожопая скотина!»
Ловкость рук и никакого мошенничества, малышка. Этого следовало ожидать.
Грубо и мелко, Арнлейв, ой как грубо и не менее мелко! Настолько грубо, мелко и предсказуемо, что нет никакого желания участвовать в таком фарсе, но, увы, выбора у меня тоже нет.
Хватило краткого взгляда на проекцию, чтобы осознать одну единственную закономерность. Сетка была построена занятным образом. Очень занятным. В особенности для одного аххеса. Ведь до финала всеми ненавистный приблуда-аххес дойдет только одним способом. Если одолеет сразу четверых голубокровных наследников, которые попадутся ему на пути в состязательной сетке.
