На двадцатых курсах Эпохи Опустошителя, тяжелые мысли Тар Лазарева переплетаются с древними ритуалами Аххесского пантеона и мистическими оттенками Ианмита. Вдали от пространственных врат и дома, семнадцать часов спустя после вторжения на Мергару, Лазарев чувствует себя изолированным и безвыходным, созерцая калейдоскоп событий, сотрясающих его мир....
Похоже, «Эпоха Опустошителя. Том IV» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Так что мы хоть и находились под пологом тишины, но шум, гам и возгласы то и дело просачивались сквозь барьер. В общем и целом, не считая зрителей, толпа казалась бесконечной. Наблюдателей будет соответсвенное количество, потому как в разные уголки Севера будут вестись магические образы.
В принципе, отдельного слова заслуживала так называемая тяжелая артиллерия — слуги оберегов. Те стояли впереди планеты всей у изголовья площади и взирали за окружающими с каким-то невозмутимым и отстранённым видом. Арнлейв, Фьётра, Христа, Ингрид, Гуннар, Домар и Ингмар.
Среди них имелись как голубокровные представили среднего и старшего поколения, так и разношерстная знать калибром поменьше. Однако самих правителей верховных кланов мне так и не довелось увидеть. То ли дела их неотложные мучали, то ли спесь заела, то ли косили под оберегов, которые не шибко любили показываться народу, но среди знати никого подобно лицезреть не получилось. Само собой, в распознавании мне помогал Натан и Рамас с Тэйном. Да и вынужден был признать, что количество народов и рас среди участников перевалило все здравые рамки.
Ко всему прочему разочаровало и вчерашнее событие.
Тем не менее сработал и мой план. Отвлекающий манёвр в лице Тэйна работал весьма хорошо. Не знаю почему, но не только валькирии, но и некоторые послушницы то и дело шарахались от бывшего серафима, как от прокаженного. Рамас ржал аки конь, Натан весело ухмылялся, а падший только горько вздыхал и всюду таскался за мной.
