На двадцатых курсах Эпохи Опустошителя, тяжелые мысли Тар Лазарева переплетаются с древними ритуалами Аххесского пантеона и мистическими оттенками Ианмита. Вдали от пространственных врат и дома, семнадцать часов спустя после вторжения на Мергару, Лазарев чувствует себя изолированным и безвыходным, созерцая калейдоскоп событий, сотрясающих его мир....
Похоже, «Эпоха Опустошителя. Том IV» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Лишь почерневшие останки и уйма крови.
— Считаете это он? — вклинился в разговор Каприан. — Аххес?
— Сомневаюсь, что он на такое способен, — пренебрежительно выпалил Вестар. — И тем не менее нельзя оставлять его присутствие на западе без внимания. Если он там, то двинется к западным вратам. Выбора у него нет. Вы закончили с охотой?
Ответом ледяному духу были последовательные утвердительные кивки.
— На запад, значит? — подала голос Линнея.
— На запад, — согласно махнул головой Вестар.
Секунду спустя сразу четверо пар глаз обратилась на тёмную альву, которая с задумчивым и молчаливым видом внимала всему сказанному от начала и до конца. И чем больше она слышала, тем мрачнее становилась.
Шестое чувство подсказывало послушнице, что лучше держаться от западных земель как можно дальше, но на минуту замешкавшись девушка пересилила своё волнение и утвердительно кивнула.
— С вами. Пора покончить с тем выродком…
* * *Мне пришлось рвануть в западном направлении. По моим общим прикидкам именно с той стороны имелась возможность выбраться гораздо быстрее из данного места. Впрочем, я не предполагал, что забрался столь глубоко в эту сраную чащобу, потому как лишь через пять или шесть часов удалось полностью миновать густой лес.
Исполинские деревья в какой-то миг начали стремительно редеть, периодически стали проявляться кустарники и проплешины в виде выжженных пятен и глубоких расщелин, а затем впереди, наконец-то, замаячила холмистая местность с множеством разрушенных сооружений.
Надо сказать, что за эти несколько часов мое состояние лишь ухудшилось. Я это отчетливо чувствовал. Теперь приходилось прилагать уйму сил для внутренней борьбы. Ранее я в равных долях сдерживал и позывы черного туман и спазмы неистовства, но обе эти силы с каждым пройденным часом сильнее норовили выйти из-под контроля хозяина, и именно по этой причине нужно было прикладывать как можно больше выносливости для их сдерживания.
Однако стоило приблизиться к своеобразной опушке леса, как в радиус аурного импульса попало сразу несколько живых существ. По доносившимся выплескам магии и эссенции живые существа являлись участникам и прямо сейчас эти самые участники вели сражение.
