Ночной подъезд суетился, ожидая нового владельца дома серии 152. Фонари казались забытыми временем, и каждый шорох вызывал непреодолимое беспокойство у хозяина, пока он не приблизился к массивной железной двери. Дождь бросался в глаза — тускло-серый свет фонарей лишь немного освещал темный подъезд. Мужчина чувствовал проклятую удачу, каждый раз приезжая сюда. Что ждет его внутри?...
– Чем занимались в «Алексере»?
– Да на складе мы были. Мишка Коваленко нас сосватал, он с Коляном в одном доме живет. Правда, Колян?
Колян кивнул.
«Ба! А я круги нарезал! Тупица! – спохватился Алексей. – С другой стороны, все, что Бог ни делает, к лучшему».
– Значит, в «Алексер» вас сосватал Коваленко?
– Мировой мужик! – энергично кивнул Иван Харламов. – Надо было пару крепких ребят на склад: коробки таскать, сортировать, считать. Мишка обещал нас с Коляном подучить, чтоб в менеджеры. Все показывал, что сам знает.
– Коля, а ты ничего не добавишь?
– Чего добавлять-то? Ванька правильно говорит, Михаил мужик хороший.
– Как же? Ведь он же вас кинул. Пообещал в менеджеры, а вас коленом под зад.
– Да его самого кинули! Серебряков и кинул.
– Серебряков? И часто он людей кидал?
– Часто. – Это сказал уже Коля Иванов. Разговорился.
– Что, Коля, обидел тебя покойник?
– А кого он не обидел? Акула империализма. Правильно, что его шлепнули. Я однажды спину потянул, когда коробки таскал, три дня на работу не мог выйти. Запарка была, так я таскал по пять коробок зараз, а они тяжелые! А Серебряков за три пропущенных дня с меня в зарплату вычел.
– Что ж ты больничный не взял?
– Какой больничный? «Алексер» частная фирма, больничные у нас не оплачивались."
"«Акула империализма», – записал Алексей. Папа – коммунист? Скорее, дедушка. Мог внушить внуку мысль «Бей буржуев недорезанных, спасай Россию?» Все возможно.
– А тебя, Ваня, шеф тоже затирал?
– Как всех. – Вот здесь Харламов стал неразговорчивым.
– Значит, тоже не любил кровопийцу?
– А он в нашей любви не нуждался.
– Кому конкретно? – насторожился Алексей.
– Это он про Лильку говорит, – сказал Коля.
Харламов тут же толкнул его в бок локтем.
– И что тут такого? Нравилась она ему, вот Ванька и злится. Конечно, она на нас ноль внимания. Как же! Когда сам А. С. Серебряков!
– То есть у них был роман? – уточнил Алексей. Вот тебе и ля фам! Которую он шерше!
– Нужна она ему была! Поиграл и бросил.
