Ночной подъезд суетился, ожидая нового владельца дома серии 152. Фонари казались забытыми временем, и каждый шорох вызывал непреодолимое беспокойство у хозяина, пока он не приблизился к массивной железной двери. Дождь бросался в глаза — тускло-серый свет фонарей лишь немного освещал темный подъезд. Мужчина чувствовал проклятую удачу, каждый раз приезжая сюда. Что ждет его внутри?...
Но они такие разные девочки, вы себе не представляете! Анечка – сама скромность!
– Что ж, придется поговорить с ней… Скажите, вы кого-нибудь подозреваете?
– Да упаси Боже!
– Я вынужден задать вам один вопрос, – тяжело вздохнул Алексей. – Сами вы где провели вечер двадцать девятого августа?
Подозревать эту милую женщину в убийстве! Ну не смешно? Поправив очки с толстенными стеклами, Лариса степенно сказала:
– Знаете, Алексей Алексеевич, у меня подружка тяжело заболела, двадцать шестого августа ей сделали операцию.
– А как сейчас здоровье вашей подруги?
– Поправляется. Дежурить по ночам уже не требуется, я хотела вплотную заняться поисками работы.
– Вы месяц уже без работы?
– У меня были небольшие сбережения, и мне ведь так мало надо. Я неплохо шью, ем очень немного, не смотрите, что такая пышка. Врачи говорят, это от неправильного обмена веществ.
– Неужели никто из знакомых не может помочь вам с работой?
– Сейчас всем тяжело.
– Я заметил.
– Я так и делаю. Но каждый день что-нибудь да случается и мешает мне приходить на работу вовремя. Вот ведь странно, если я спешу к больному человеку, успеваю вовремя. А на работу… Вы не находите это странным? – Глаза за толстыми стеклами очков жалобно моргнули.
– Да, что-то в этом есть, – задумчиво сказал Алексей.
Лариса вздохнула:
– Что касается убийства Серебрякова… Я до сих пор не верю в это. Знаете, такой человек, как Александр Сергеевич, ни за что бы этого не допустил.
– Ничего себе случайность! Контрольный выстрел в голову!
– Как в кино, – тихо сказала Лариса.
– Это плохое кино. Что ж, Лариса Михайловна, не смею вас больше задерживать, – официально сказал Алексей.
– До свидания. – Она медленно поднялась со стула и так же медленно направилась к дверям.
– До свиданья, – сказал Леонидов вслед маленькой женщине, которая была ему очень симпатична.
