Ночной подъезд суетился, ожидая нового владельца дома серии 152. Фонари казались забытыми временем, и каждый шорох вызывал непреодолимое беспокойство у хозяина, пока он не приблизился к массивной железной двери. Дождь бросался в глаза — тускло-серый свет фонарей лишь немного освещал темный подъезд. Мужчина чувствовал проклятую удачу, каждый раз приезжая сюда. Что ждет его внутри?...
– Чего ждала?
– Кто ее знает? Она все время словно прислушивалась. Знаете, как охотничья собака. Малейший шорох ее настораживал. И еще это болезненное внимание к криминальным новостям…
– Каким новостям?
– Ну там «Криминальный экран». Или по ТВ есть передача, где рассказывают о происшествиях. Я эти передачи терпеть не могу, сколько раз просил, чтобы переключила, но в этом она никогда не уступала. Даже странно: любой фильм прерывала на половине, любое шоу до конца не досматривала, а тут приклеится так, что оторвать невозможно! И каждый раз жуткое разочарование, чуть ли не до слез.
– Фамилию Серебрякова она упоминала в это время?
– Вроде бы.
– А еще кого? Быть может, имена?
– Да всякие. Лена, Оля, Аня и так по кругу.
– А такую фразу, как «мне отмщение и аз воздам», вы часто от Лили слышали?
– Что-то было. Я еще подумал, бывает, когда у человека не все дома, а тут другой случай – все отсутствуют. Ушли в неизвестном направлении.
– Лена? Что за Лена? Подруга? Фамилия?
– Да не помню я никаких фамилий! Лиля все время что-то бормотала, не вслушиваться же! Она мне работать мешала, понимаете? Я пытался отключиться.
– Допустим, вы меня убедили. Днем вы погружались в свои мысли и в работу, не обращая никакого внимания на девушку, которая жила рядом с вами, но ночью-то вы до нее снисходили? Ложились-то вы в одну постель и наверняка о чем-то беседовали?
– В постели мы вообще не разговаривали, если вам интересны столь интимные подробности. Лиля терпеть не могла всяких там сюсюканий, ее словарный запас ограничивался репликами, употребляемыми в порнографических фильмах.
– Что ж. Все более или менее понятно. Но ночевать вам, Валентин Дмитриевич, придется здесь. Так что маньяков, занимающихся частным извозом, не опасайтесь.
– Как здесь?
– А что вы хотите? Вас задержали на семьдесят два часа.
