Ночной подъезд суетился, ожидая нового владельца дома серии 152. Фонари казались забытыми временем, и каждый шорох вызывал непреодолимое беспокойство у хозяина, пока он не приблизился к массивной железной двери. Дождь бросался в глаза — тускло-серый свет фонарей лишь немного освещал темный подъезд. Мужчина чувствовал проклятую удачу, каждый раз приезжая сюда. Что ждет его внутри?...
Самый наглый львенок упал на сиденье рядом с перепуганной газелью, явно положив глаз на синий воздушный шарик, что бился у нее в руках. Сидевший напротив лев, крупный, сытый, с седыми висками, тут же сделал вид, что спит. Мамаша стала испуганно оглядываться. Алексей тряхнул головой – пора просыпаться, капитан. Львенок достал из кармана зажигалку, Алексей сделал шаг вперед. Зажигалка щелкнула, показался язычок пламени. Газель отшатнулась, мамаша вскрикнула, сытый лев напротив всхрапнул.
– Эй, пацан! – позвал Алексей. – Спички детям не игрушка.
– Чего тебе, дядя? – оскалился львенок.
Словно по сигналу его приятели стали сбиваться в стаю.
– Дети, – внушительно сказал Леонидов, – завтра ваши родители горько пожалеют о том, что оставили вас без присмотра. Не расстраивайте пап и мам, ведите себя примерно.
– Ты сам напросился, – клацнул зубами вожак и поднялся, оставив на время газель и синий воздушный шарик.
Леонидов как-то лениво перехватил его тонкую руку, не забывая ни на секунду, что перед ним ребенок. Издержки воспитания присутствуют, это да, здесь надо лупить родителей.
– Мальчик, тебе уже исполнилось четырнадцать. У тебя есть паспорт. То есть документ. Ты даже можешь открыть свое дело. Согласно нашим гуманным законам. Согласно им же я организую тебе срок, и глазом не успеешь моргнуть. За хулиганство. Причем не на фешенебельном курорте будешь отдыхать, где ты привык. Пусть это не гуманно, но… Ты сам напросился.
Алексей сунул зажигалку в карман куртки и достал оттуда наручники.
– Мент! – всколыхнулась стая.
– Слава богу! – вздохнула мамаша.
Сытый лев приоткрыл глаза. А львенок перепугался. Всерьез. Леонидов почувствовал, как его рука задрожала, и разжал пальцы. Стая рассыпалась. Теперь это были дети. Просто дети.
– Тикай! – выкрикнул кто-то. Поезд остановился, автоматические двери открылись. Львенок рванулся к ним первым. Они вылетели из вагона и понеслись к выходу, дети из благополучных семей.
Теперь в вагоне было спокойно. Леонидов с удовлетворением отметил, что навел порядок на вверенной ему территории. Временно вверенной. Временно навел. Тьфу ты, черт!
…Домой он пришел около полуночи. Алексей нашел на плите маленькую кастрюльку с борщом, осталось только разогреть. Что он и сделал.
