Ночной подъезд суетился, ожидая нового владельца дома серии 152. Фонари казались забытыми временем, и каждый шорох вызывал непреодолимое беспокойство у хозяина, пока он не приблизился к массивной железной двери. Дождь бросался в глаза — тускло-серый свет фонарей лишь немного освещал темный подъезд. Мужчина чувствовал проклятую удачу, каждый раз приезжая сюда. Что ждет его внутри?...
Волосы старшей – светлые и вьющиеся от природы, в то время как у младшей висели сальными прядями. Лена чуть ли не каждый день мыла голову и пыталась делать укладку, Сашке не надо было никаких усилий прилагать! Почему одним все, а другим ничего? И почему она, Лена, должна донашивать за сестрой вещи, которые ей не идут?!
– Я это ни за что не надену! – кричала она, швыряя блузку в лицо сестре.
– Я надевала ее всего два раза, – начинала оправдываться Саша. – И отбеливала, перед тем как выстирать. Это моя лучшая вещь.
– Ну и забирай ее себе! А я не надену!
Лена прекрасно понимала, почему вещи сестры на ней не смотрятся. Саша была выше ростом, стройная, с большой грудью и длинными ногами. И хотя достоинства своей фигуры не подчеркивала, но все и так видели – хороша. А Лена ростом не вышла и была чуть полновата. Учиться она ленилась, а вот спортом занималась активно. Хоть в этом уесть сестру, которая предпочитает все свободное время проводить за книгами. Мышцы крепли, но злость не проходила.
Саша не хотела быть моделью. Она хотела быть учительницей. «Ну и дура!» – говорила Лена про себя. Сама-то качала пресс и на диете сидела, но что толку? Сто шестьдесят, и ни сантиметром больше! Эх! К ее бы силе воли да такую внешность! А сестра еще пыталась утешить:
– Знаешь, как плохо быть высокой? Все тебя видят, все на тебя смотрят. На физкультуре стоишь первая, перед тобой только мальчишки.
– Почему ж тогда в конкурсах красоты участвуют только высокие, а?
– Чтобы их было лучше видно. Да зачем тебе эти конкурсы? Там только с виду все красиво.
– Ну и пусть.
– Маленькой быть куда лучше. Ну хочешь, я скажу, что тебе завидую?
– Зато ты можешь стать фотомоделью, а я нет, – всхлипывала Лена.
– Глупенькая, для этого нужно быть тоненькой-тоненькой и как доска, а у меня, посмотри, какая грудь, ну посмотри!
Тут плач Лены превращался в рев.
– Отстань от меня! Не хочу на тебя смотреть! Иди, читай свои книжки.
Саша никогда не обижалась на сестру. Она была хорошей девочкой. И доброй.
