Сапфира и Торн спрыгнули с его туши как раз в тот момент, когда черный дракон ударил хвострм по полу.
От его ударов трескались колонны. С потолка падали и разлетались вдребезги каменные плиты. Светильники лопались, разбрызгивая какое-то расплавленное вещество.
Весь зал содрогнулся, и Эрагон едва удержался на ногах. Он не видел, что произошло с Арьей, но очень боялся, что в предсмертных судорогах Шрюкн вполне мог ее раздавить.
— Эрагон! — крикнула Эльва. — Пригнись!
Он пригнулся и услышал, как что-то просвистело у него над головой. Это был белый меч Гальбаторикса.
Выпрямившись, Эрагон ринулся вперед… и нанес Гальбаториксу мощный колющий удар в центр живота, точно такой же, каким пытался убить Муртага.
Гальбаторикс что-то проворчал и отступил назад, как бы снимая себя с меча Эрагона. Затем приложил к ране руку и долго смотрел на окровавленные пальцы. Изумленно глянув на Эрагона, он медленно промолвил:
— Те голоса… голоса… ужасны! Я не могу… мне этого не вынести… — Он закрыл глаза, и слезы потекли у него по щекам. — Боль… как много боли. Как много горя… Пусть это прекратится! Сделай так, чтобы это прекратилось!
— Нет, — сказал Эрагон, чувствуя поддержку Эльвы, стоявшей с ним рядом, и Сапфиры с Торном, находившихся в противоположном конце зала. Он понял, что Арья жива. Она обгорела и была вся в драконьей крови, но все жe осталась цела и невредима.
Но вот Гальбаторикс открыл глаза — круглые, с неестественно огромными белками, они смотрели куда-то вдаль, словно не видя ни Эрагона, ни всех остальных. Гальбаторикса била крупная дрожь, челюсти его непроизвольно двигались, но из глотки не доносилось ни звука.
Вдруг Эльва с пронзительным криком упала без чувств, а Гальбаторикс вскричал: «Вайзе нейят!» Что означало: «Не будь». У Эрагона не было времени на слова. Снова забрав силы у Элдунари, он быстро произнес заклинание, с помощью которого втащил себя, Сапфиру, Арью, Эльву, Торна, Муртага и тех двоих детей на тронное возвышение. Все они сгрудились у подножия стоявшей вертикально каменной плиты, к которой по-прежнему была прикована Насуада. Эрагон быстро произнес еще одно заклинание, которое должно было оградить их от зла.
И в это самое мгновение Гальбаторикс исчез во вспышке света, которая была ярче солнца. А затем все окутали тьма и тишина — это подействовало заклинание, предусмотрительно произнесенное Эрагоном.
69. Смертные муки
Роран сидел на носилках, которые эльфы поставили на одну из каменных глыб рядом с разрушенными воротами, и отдавал распоряжения выстроившимся перед ним воинам.
Эльфы вынесли его из города на открытое пространство, где могли использовать магию, не опасаясь чар Гальбаторикса, нарушавших или даже извращавших действие их заклинаний.