Бескрайний простор пересекала лишь сама река, блестевшая, как лента кованой стали.
Чувствуя комок в горле, Эрагон натянул поглубже капюшон плаща, словно желая спрятаться под ним и не видеть впереди эту бесконечную равнину. Они медленно спустились с холма, слушая, как трава что-то шепчет им вслед. Затем по усыпанному галькой бережку подъехали к судну.
В ночной тишине копыта коней стучали по гальке неожиданно громко и резко.
Затем они спешились, и эльфы мгновенно, точно по безмолвному приказу, выстроились в два ряда лицом друг к другу, образовав некий коридор, ведущий к кораблю, воткнули свои копья в землю и замерли, точно статуи.
Эрагон посмотрел на них, и комок, застрявший у него в горле, стал еще более колючим, мешая дышать.
«Теперь пора», — сказала ему Сапфира, и он понял, что она права.
Он отвязал от седла подаренную ему шкатулку с золотом и драгоценными камнями и подошел с ней к Рорану.
— Значит, здесь мы и расстанемся? — спросил Роран.
Эрагон кивнул.
— Здесь. — И он протянул Рорану шкатулку. — Это тебе больше пригодится. Ты лучше меня сумеешь использовать это богатство. Например, замок построишь…
— Я его обязательно построю! — внезапно охрипнув, выкрикнул Роран и, сунув шкатулку под мышку, свободной рукой обнял Эрагона. Некоторое время они постояли, не размыкая тесных объятий, и Роран сказал: — Путь все опасности минуют тебя, брат мой!
— И тебя, брат, тоже. Береги Катрину и Измиру.
— Непременно.
Не зная, что еще сказать, Эрагон ласково коснулся плеча Рорана, отвернулся и подошел к Арье. Та ждала возле выстроившихся в два ряда эльфов.
Несколько мгновений они молча смотрели друг другу в глаза.
— Эрагон… — сказала Арья, но лицо ее он видел плохо, так как она, как и он сам, тоже спрятала его под капюшоном плаща.
— Арья… — Эрагон отвел глаза, посмотрел на серебристые воды реки, потом снова на Арью и стиснул рукоять Брисингра. Его настолько переполняли чувства, что он весь дрожал. Ему не хотелось уезжать, но он понимал, что должен. — Останься со мной…
Она резко вскинула глаза:
— Я не могу.
— …хотя бы до первой речной излучины?
Она поколебалась, потом кивнула. Эрагон подал ей руку, она оперлась о нее, и они вместе взошли на корабль и встали на носу.
Эльфы последовали за ними. Сразу же были подняты сходни, и корабль без помощи ветра или весел сам собой отчалил от каменистого берега и поплыл по длинной гладкой ленте реки.
А на берегу в одиночестве стоял Роран и смотрел им вслед, а потом, закинув назад голову, издал долгий крик, полный боли и печали, и ночь ответила ему громким эхом, сочувствуя его утрате.
Несколько минут Эрагон просто стоял рядом с Арьей, и оба молчали, глядя, как приближается к ним первая излучина реки.