Автор
В помещении полным-полно тьмы, лишь отрывочное светило дает едва достаточно для укрытия. Старик с рыжей бородой и клочковатыми волосами напоминает образ мрачной мистики, его глаза почти невозможно разглядеть за глубокими щеки.
Улыбнувшись (почему-то немного печально), она развернулась и вышла. Я постоял, глядя ей вслед, не до конца понимая, к чему девушка это сказала. А потом переоделся и поехал в Охранное отделение. Там первым делом посетил Голицына.
— В курсе случившегося с вашими подопечными инцидента, — проговорил тот, когда секретарь впустил меня после доклада. — Сочувствую, но в то же время поздравляю. Рад, что всё обернулось хорошо. Много потеряли людей?
— Да, к сожалению. У меня важная инфомация по делу красных провокаторов.
— Вот как? Слушаю, — Голицын жестом пригласил меня сесть, а сам переместился за стол.
— Мне стало известно, что графиня Торхова в городе и сотрудничает не только с гулями, но и с коммунистами.
Брови моего собеседника приподнялись.
— Вы уверены?
— Абсолютно.
— Простите, но это такой странный… союз.
— Я и сам удивлён не меньше вашего. Однако таковы факты.
— Признаться, когда мне доложили о том, что в стене был открыт проход, я подумал о ком-нибудь из Лилового клана. Давайте проверим списки прибывших в город подозрительных лиц.
Голицын поднял трубку, связался с секретарём, и через несколько минут тот доложил, что в поданных авиакомпанией списках действительно значится Людмила Торхова, шестидесяти семи лет, бывший член Лилового клана."
"— Личность подтверждена нашим сотрудником в аэропорту, — добавил секретарь, указав на подпись внизу страницы. — Прибыла чуть меньше двух лет назад, за ней сразу была установлена слежка — в соответствии с инструкцией.
— Разумеется, — кивнул Голицын. — Неси их все сюда.
— Слушаюсь.
— Скоро мы будем знать всё о том, что делала, с кем виделась и куда ходила или ездила графиня, — сказал мне начальник, когда секретарь ушёл за документами.
У меня такой уверенности не было. На месте Торховой я бы сделал всё, чтобы избавиться от слежки и залечь на дно. Тем более, времени у неё для этого было предостаточно.
Пока мы ждали возвращения секретаря, я рассказывал Голицыну о погоне по Пустоши и результатах допроса Падшей, оказавшейся агентом Торховой.
— Вы уверены в остальных девушках? — спросил тот.
— Не совсем. Но пусть лучше остаются при мне.
— Разумно. Держи друзей близко, а врагов — ещё ближе. Я не понимаю, что связывает графиню с гулями и красными одновременно.
— Я пока тоже. И прошу поручить разрабатывать Торхову моему отделу.
— Но у вас уже есть задание.
