Автор
В помещении полным-полно тьмы, лишь отрывочное светило дает едва достаточно для укрытия. Старик с рыжей бородой и клочковатыми волосами напоминает образ мрачной мистики, его глаза почти невозможно разглядеть за глубокими щеки.
Гули — это плесень. Ну, или грибы. Об этом можно спорить.
— Можно, — тут же подорвался сухой старичок, поправляя очки. — Но я докажу, что они — именно плесень! Да, это легко спутать, но есть нюансы, которые убеждают в том…
— Так, ладно! — перебил я его, почувствовав, что ещё немного, и за столом развернётся настоящая научная дискуссия, а то и баталия. — Есть ещё, что сказать по существу?
— Есть! — блеснув очками, с вызовом, адресованным коллеге, воскликнул Куприянов. — Я утверждаю, что аль-гули, в отличие от рядовых особей, получаются половым путём — слиянием клеток.
"— Ну, уж это-то чистое теоретизирование! — возмущённо воскликнул Резванов. — Я тоже изучил результаты исследования пленного аль-гуля и заявляю, что для подобных выводов данных недостаточно!
— Вы просто ищете поле для будущих научных дебатов! — злобно прошипел Куприянов, сверкая стёклами очков.
— Господа! — пришлось повысить голос, чтобы призвать разошедшихся старичков к порядку. — Вы сразитесь в других стенах! Напишете новые книги и не оставите друг от друга камня на камне. Но не сейчас. Я пока не услышал ничего по второму вопросу. Господин Сомов, не угодно ли высказаться первым?
Грузный профессор неуклюже поелозил на стуле, словно собираясь с мыслями, а затем заговорил:
— К сожалению, Ваше Сиятельство, мне нечего добавить к общепринятой концепции влияния сырой магии, или Скверны, как называют её священники, на живой организм.
