Конец сессии привел к тяжелой болезни, и в больнице случилось то, что ни одна из подруг не осмеливалась предположить: Эрна Штерн устроила настоящий шантаж своему адвокату. Вот тогда-то начались ее два брака, каждый из которых был связан с невероятными исходами и удивительными событиями. Власть над судьбой перешла к Эрне, и мир вокруг резко изменился — не только в лучшую сторону, но и иногда катастрофически хуже....
Какие-то совершенно незнакомые люди подходили со словами соболезнования. Я с трудом подбирала слова для вежливого ответа, хотя мне хотелось кричать от ужаса, в котором я находилась. Почему-то совсем не было слез, и я не могла найти успокоения даже в этом. Сухие глаза жгло, словно в них насыпали песок.
Наконец силы мои иссякли. Я не могла больше выполнять роль вежливой аристократки. Мне нужна была хоть краткая, но передышка. Я поднялась в библиотеку и подошла к окну. Из него прекрасно был виден сад, тот самый, где Кэри впервые поцеловал меня.
– Дитер, – не выдержала я, – уйдите. Пожалуйста, уйдите.
С уходом Веделя мне стало легче. С ним даже дышать было нечем.
– Ты любила моего брата, – неожиданно сказала Эльза.
– Стоит ли теперь об этом говорить?
– Да, это теперь не имеет смысла.
Она резко встала и вышла. Я прошла вдоль стеллажей, наугад достала одну из книг и раскрыла. Это оказался сборник стихотворений.
Темные волны бегут к океану.Темная тьма.Темные волосы пахнут обманом.Сводят с ума.И пустотою уносится словоВ век или час.Даже когда я целую другого,Помню о вас.Да, Кэри, я тебя буду помнить. Всегда. Только вот не знаю, смогу ли я теперь целовать кого-нибудь другого…
Глава 40
Через несколько дней, когда я начала немного воспринимать, что мне говорят, Ведель обратился ко мне с просьбой о беседе наедине, очень для него важной.
– Эрна, я не могу больше задерживаться, я должен надолго уехать, – начал Дитер. – Но уехать просто так я не могу. Я хочу быть уверенным, что вы меня дождетесь и мы поженимся по моему приезду.
Было так дико это от него слышать. Ведь Кэри только недавно не стало, а его друг уже ко мне сватается.
– Дитер, – с нескрываемым возмущением ответила я, – сейчас совершенно неподходящее время для таких разговоров.
