Ирина и Виктор Фролов ищут особенное в универсаме, что приводит их к неожиданному решению. Их совместная жизнь и отношения развиваются на фоне сложных переживаний и неясных мотивов. Между ними возникают новые события, полные напряжения и внутренних противоречий.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Эротические страницы из жизни Фролова» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Ирина и Виктор Фролов ищут особенное в универсаме, что приводит их к неожиданному решению. Их совместная жизнь и отношения развиваются на фоне сложных переживаний и неясных мотивов. Между ними возникают новые события, полные напряжения и внутренних противоречий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Ирина и Виктор Фролов ищут особенное в универсаме, что приводит их к неожиданному решению. Их совместная жизнь и отношения развиваются на фоне сложных переживаний и неясных мотивов. Между ними возникают новые события, полные напряжения и внутренних противоречий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А они шли ему навстречу, шевелились и выпячивались, втягивались и снова трепетали, и все пытались прильнуть друг к дружке, но в таком положении у них это плохо получалось, и тогда он стал помогать им, соединяя их попки, а они были так податливы его сильным рукам, что с его помощью все стало получаться, и тогда он стал раскрывать их так, чтобы они зияли, и соединял отверстием в отверстие, и сильно прижимал за попки, чтобы оба отверстия слились в одно, и они смыкались, и целовали друг дружку почти так, как губами рта, и смачно чмокали при этом чуть ли не с такой же звонкостью… и он тоже целовал их поочередно с такой же звонкостью… и снова удивлялся, почему их называют срамными, - ведь они такие красивые, такие нежные, их сок так приятен, и уж никак не противнее слюны во рту, и ничего в таких поцелуях нет ни зазорного, ни аморального, ни в какой иной мере предосудительного, совсем наоборот, совсем наоборот… даже с Катькой, как бы чужой девушкой - частной собственностью совсем другого мужчины, и с Иринкиной мамой, привычной, близкой и родной по жизни, и такой нежданно-негаданно сладкой в соитии, и со своей дочуркой, Светланкой, - Боже, как ему было тогда больно, не только болью, высосанной из ее тела, но и своей собственной, схватившей его за то, что он сделал такое со своей дочерью… а потом эта боль прошла, ""там ведь то же самое тело, что и плечи, и щеки…"", родное и близкое, и тот поцелуй из болезненного превратился в его ощущениях в символ близости самой что ни на есть высшей степени… потому, что у женщины там - оно особенное, святое… а у дочери… еще выше святого…
А тем временем тела обеих женщин перед ним, - его жены, и его любовницы, - словно слились в одно.
Катькина голова плавно заволновалась над Иркиной. Они целовались. С такой нежностью и такой страстью, с какою целовались бы с ним. Он видел это по Иркиным рукам, обвившим Катькину спину.
И пусть. Пусть целуются. Лесбиянки откуда ни возьмись… Пусть любятся так. Пусть как угодно любятся. И что угодно друг с дружкой выделывают. Ведь это всего лишь тела, в которых они живут… и если уж любишь свое тело, значит веришь, и значит, можешь позволить ему его желания… а Иринкино тело - его собственность, и он любит его, безумно любит, а значит, должен позволять ему его желания… любые желания, разрешенные природой, а большего, чем разрешено природой, оно и в принципе не может желать…
Он лишь на полминуты оставил их как бы самих, а они это тут же почувствовали и заелозили нетерпеливо попками, призывая его вернуться к участию.
Он привстал на колени и его напряженная желанием плоть плавно вошла в Иринкину. И сразу же вслед за этим переместилась в Катькину. И снова вниз. И опять вверх.
