Ему вдруг почудилось, что она что-то беззвучно шепчет… Он даже повернул непроизвольно голову набок, чтобы прочитать слова, - с ума он сошел, что ли? - но так же вслед за ним сделала и Катька, а удивление в ее глазах быстро сменилось таким восторгом, что казалось, - она сейчас завизжит…
А он таки прочитал… Нет, конечно, это не были обычные слова. Это были совсем не слова, а что-то совсем иное. Но ему-то… он-то знал их! Всегда знал. С незапамятных времен. Задолго до своего рождения знал, в какой-то другой своей жизни…
- К-как… к-как она это делает? - вдруг выдохнула Катька тонким шепотом.
Он не ответил.
Он приподнялся и приложил свою удивленную, слегка расслабленную плоть к шепчущим ему э т о губам. Они тут же сами раскрылись и обхватили его головку, укрыв собою со всех сторон и всасывая внутрь. И потом снова выпятились, захватывая и засасывая следующий сантиметр. И еще раз. И еще несколько раз, - пока не поглотили целиком, до самого корня.
А он и не двигался. И почти уже не удивлялся. Только мурашки по всему телу от восторга побежали…
Катька видела все это, все поняла, мигом соскочила с Иринки, чтобы он опустился на нее своим телом.
А та смотрела вверх такими же расширенными глазами, а увидев перед собою глаза мужа, прошептала:
- Она сама… Это она сама… как живая… Ты чувствуешь?
Он чувствовал. Еще как чувствовал! Она и раньше умела черт-те что делать своим влагалищем, но то, что она выделывала сейчас…
Через полчаса они, выморенные и довольные, разлеглись, разбросав ноги и руки, куда у кого получилось. Никто из них и не думал кончать, ведь впереди была вся ночь. И каждому хотелось накопить в себе как можно больше своей влаги, чтобы в избытке потом оросить ею двух остальных."
"А потом развязались на время отдыха женские языки, и стали ведать всякое и разное, по ассоциациям и некстати, кстати и откуда ни возьмись. И они узнали, что первым мужчиной у Катьки был ее настоящий жених, то есть, они тогда уже подали заявление в ЗАГС и готовились к свадьбе, а она была сильно в него влюблена и согласилась расстаться с девственностью, не дожидаясь первой брачной ночи; а потом оказалось, что у него запах от тела, а никто кроме нее этого жуткого запаха не чувствовал, и какой был бы ужас, если бы она ему преждевременно не дала и они бы поженились и, не дай Бог, родили бы ребеночка. А с Витькой она с удовольствием родит, Витька будет классным отцом, и он ей совсем не противен, а даже наоборот. И много услышали почти обо всех других парнях, побывавших в ее гнездышке, то как бы мимоходом заглянув, то как бы с намерениями задержаться надолго, а еще один как бы и насовсем, но уж очень он оказался занудистым.