В гостиная розовеет приглушенным светом, а из подъезда доносится шепоток и тихие шаги. Мимо бегут молодые с мешками на плечах, в глазах усталых домоуправляющих виден оттенок юмора. В это время жизнь Фролова словно бы оживает, открывая новую страницу в повседневной тетради любви и сексуальности....
Вот, опять непроизвольно задрожала рука, от пальцев до самого плеча. Что это они там такое делают? И Елена Андреевна заметила. Хорошо, что никак не отреагировала, а то пришлось бы плести какую-нибудь чепуху. Стала рассказывать о своей работе.
Она молодец. Постепенно развязала язык и ему, он тоже заговорил о работе, всякое-разное, что ей действительно могло быть интересно.
И они проговорили так около полутора часов и только пару раз за это время у него повторилось это странное, никогда раньше не испытываемое дрожание правой руки.
Потом ему захотелось еще одну рюмку, кажется, уже четвертую или пятую по счету, но она почему-то возразила:
- Не надо Витя. Потом. Завтра. Или послезавтра. Заберешь бутылку, хоть всю сразу выпьешь. А сегодня больше не нужно.
- Я же почти не пил.
- Все равно. Не надо.
- Хорошо.
Принялся убирать со стола и она позволила ему это, не вмешиваясь. Потом ушла к себе.
Убрав на кухне, он пошел в другую комнату, по пути проговорив в ее полураскрытую дверь:
- Я тоже спать… Спокойной ночи.
Елена Андреевна не ответила, но тут же появилась в дверях вслед за ним. Сказала:
- Знаешь Витя, мне кажется, тебе лучше не оставаться одному. Давай посидим вместе. Завтра выходной, отоспимся. Не заснешь ты сейчас…
Он промолчал. Что тут скажешь? Она всегда все чувствует, - приблизительно по сути, но всегда точно по тому, как и чем может помочь… И почти никогда в этом не ошибается…
- Я бы мог исправить у Вас замок.
- Да. Он скоро совсем вывалится. Но там стучать, наверное, придется. А сейчас уже ночь. Начало первого.
- Может и не придется. Судя по всему, там просто шурупы повылетали.
- Хорошо. Попробуй.
Он последовал за ней, выдержав значительную паузу, чтобы она успела взять из своего тайного загашника ключ и перепрятать куда-нибудь то, чего ему не положено видеть.
- Можно, да? - предупредительно спросил он, не доходя до раскрытой двери, но, не дождавшись ответа, подошел к порогу.
- Можно, - запоздало ответила она.
Она сидела на краешке нерасстеленной постели, теребя в руках ключик, а дверца секретера оставалась закрытой.
- Вам может быть нужно сначала там…
Он не нашелся, как продолжить, считая, что и так понятно выразился.
Она ответила, хотя и не сразу:"
"- Да чего уж там… Открывай, смотри…
Будто согласилась себя чем-то опорочить.
- Я инструменты возьму, - сказал он, как бы не обращая внимания на протянутый ему ключ.
