Он рванулся всем телом, пытаясь со всей силы достать ногой его морду, но не достал, а резкая боль в запястьях заставила онеметь все тело.
Прости меня… прости, доченька…
Белобрысый довольно ухмыльнулся. Он даже не шелохнулся в ответ на выпад Виктора, точно зная, что тому его не достать. Взял грушу и вставил Светланке в задний проход, утопив в нем весь наконечник. Она вскрикнула и задрожала всем телом. И все время дрожала, пока он вводил туда жидкость. Опустошив одну, он взял другую и повторил процедуру.
- Пусть чуток подержит. Чтоб подальше полилось. А то на выходе уже полно.
Потряс ее слегка, покачал из стороны в сторону.
- А теперь последнюю.
И вставил третью.
- Ну вот. Теперь полный животик. Три литры. А классная у нее дырочка, я тебе скажу. Ох и погоняем мы ее сегодня… Ты видел когда-нибудь сученочий задок сразу после того, как из него вытаскиваешь член? А кулак? Не видел? Сегодня покажу. Но это потом, чуток попiзднiше***.
Он поднялся вместе с ней, еще пару раз потряс со стороны в сторону, все еще удерживая ее вниз головой, и понес в угол. Там резко перевернул и усадил на унитаз. У нее закатились глаза и она стала заваливаться на бок, теряя сознание. Он придержал ее за волосы, чтобы она не упала.
Затем с нее полилось.
- Попiшла-а…***
Он стоял и держал ее за волосы все время, пока с нее лилось. И потом, когда лилось с перерывами, повторяя:
- Давай, тужься, тужься. Чтоб пустая и чистенькая была на всю глубину. Мой х… чистоту любит. И газы выпускай, где это твои газы?
А у нее начались судорожные сокращения мышц живота, - видимо подмешал, скотина, в воду что-то именно для этого. Она стала кривиться от боли.
- Сейчас пройдет. Давай сюда ротик, открывай. Открывай, говорю! Дуреха.
Развел ей челюсти и забросил туда таблетку. Заставил глотнуть.
- Не боись, парниша, - повернулся он к Виктору и подмигнул. - Это не то, что ты подумал. Это чтоб перистальтику снять. А то самое я твоей женушке вколю… Вот где будет театр!
Вскоре тенезмы у Светланки прекратились. Он ухватил ее под живот за талию и поднял так, что она повисла через его руку, совершенно расслабленная. Подставил ее к крану и стал подмывать.
- Э! Да она у тебя целочка! - изумился вдруг он. - Ишь, совсем палец не пропускает! Ну-у-у, это подарочек… Надо же, - пятнадцать лет, а она еще целка!
Подмыв и со звериным удовольствием похлестав ладонью по влажным ягодицам, он поднес ее снова поближе к Виктору, сохраняя при этом минимально безопасную дистанцию. Опять перевернул ее, словно куклу, и выпятил к нему покрасневшие от шлепков ягодицы, грубо раздвигая бедра свободной рукой.
- Смотри, чистенькая какая. А запах, запах! - он демонстративно потянул ноздрями над ее попкой и лизнул задний проход:
- Цимус! Что значит медицина, а? Ну, пойди теперь, целенькая, - полежи, отдохни, сил наберись.