Чего ты ее не обнимешь? Или это я должна, по-твоему, все успевать?
- А ты ревновать не будешь?
- Конечно буду. Ну и что?
- Тогда обниму.
- Только не обидь.
Катька тоже вернулась влажная и пахнущая апельсиновым мылом.
- Ну у вас и ванна… - восхищенно отметила она. - И смеситель забойный. Где вы такой откопали?
- Витька из Киева привез. Так, теперь моя очередь. Я уже еле сижу.
И Ирка смылась."
"Осмелевший Виктор прогладил еще не просохшее Катькино бедро, когда та пробиралась мимо него к своему креслу.
- Не трогай меня, - оттолкнула она его руку, но без злости, скорее даже кокетливо. А когда уселась, лукаво улыбнулась:
- Узнаешь трусики?
- Узнаю, - сокрушенно вздохнул он, - я их теперь всю жизнь помнить буду.
А она весело засмеялась.
- Ничего не будешь. Мне очень нравится твоя жена. Я хотела бы иметь такую подругу. Ты меня понял?
- Не знаю. В каком смысле?
Она засмеялась еще веселее.
- Я не лесбиянка. В самом прямом. С нею очень легко. Я тебе завидую.
- Да. Я тоже. Мы очень любим друг друга.
- Зачем же тогда ко мне… влез?
Она вовсе не укоряла его. Совсем наоборот. Игриво закусила нижнюю губу и посмотрела из-под бровей самым лукавым вариантом своего взгляда.
Он пожал плечами:
- Само собой произошло.
- Оба раза?
- Оба раза.
- А сейчас?
- Что сейчас?
- Не хочется?
- Хочется.
- Попробуй.
Может быть она так пошутила, чтобы назло ему раззадорить его. Но ему-то уже было не до шуток. Он мгновенно встал со своего места и, пока она пыталась сообразить, что именно он собирается делать, опустился перед нею на колени, подтянул к себе за попку, раздвигая одновременно ее малоспособные к сопротивлению ноги, подтянул до самого края сидения, так, что голова соскользнула по спинке вниз и она оказалась в полулежачем положении с широко расставленными ногами и выпяченным вперед треугольником трусиков. Она попыталась оттолкнуть его голову руками, но силы были явно неравными, и он прильнул губами к тонкой ткани, ощущая под нею раскрывшуюся выемку. Она все еще продолжала молчаливые отталкивания, но они еще больше раззадорили его, и он оттянул трусики в сторону и впился в горячую обнаженную женскую плоть, расшевеливая ее дрожащим от возбуждения языком и соскальзывая все ниже и ниже, к открывающемуся навстречу ему отверстию.
- Не надо, Витенька… Зачем?.. Зачем?.. - стала задыхаться собственным шепотом она. - Ира, Ира сейчас вернется… Оставь меня.