Автор
В древнем подвале с зловещими старинными стеклами яркий свет заливал комнату. Зазвонил старый телефон, и приказывали явиться к высокоблагородию — деду по совместительству полковнику Белову Иннокентию Полладовичу. Уж кто-то мог успокоить его раздраженное безделье, только если он сам примет вызов в этот запущенный угол....
Головной боли только прибавилось! Даже и не знаю, что со мной было бы, не будь загадочных «земляков».
— Все верно господин, можете пользоваться мной как пожелаете, — чарующим голосом проговорила девица. — Я многому обучена, а также еще невинна, и теперь я принадлежу вам. Великий работорговец Шахан просил передать свои глубочайшие извинения, и я часть его будущих подарков.
Могу сказать что да, я возбудился, и хотел взять девчонку прямо на месте, но что-то меня тяготило, хотелось очень, но я все же решил прислушаться к голосу разума.
— Имя есть у тебя? — тихо спросил я.
— Риста, господин, — томно зашептала мне девушка в ухо, от чего градус возбуждения вновь возрос.
— Вот и спи Риста, завтра во всем разберемся, — закрыл глаза, не забыв вновь «распылить» энергию, попутно контролируя свое возбуждение.
— Как прикажете, господин!
Девушка прижалась ко мне, склонила голову мне на грудь и засопела.
Глава 8. Первая глупая стычка и смерть!
Глаза открыл на автомате, как учил старикан, так как с будильником я распрощался уже годам к шестнадцати.
М-да, красивая, и чего удивляться? Здесь салоны красоты за каждым барханом песчаным? Влияние магии? Или я такой везучий? Ранее, в родном мире не замечал, а тут без году неделя и уже модели в постель запрыгивают.
Девица была полностью нагой, а рядом с моим импровизированным ложем, валялось вчерашнее одеяние девушки, легкая туника, которая почти полностью просвечивалась.
Овальное лицо обрамлено длинными иссиня-черными прядями волос, которые были полностью распущенными, и слегка прикрывали девичью грудь хорошего такого размера. На вид ей лет восемнадцать, не больше. Темный цвет волос оттеняет чуть загорелую кожу. На лице выделяются миндалевидные глаза насыщенного зеленого, даже изумрудного оттенка, и отбрасывают тень на покрытые румянцем щеки. На высоком лбу выделяются темные, изящно изогнутые брови.
«Млять и чего делать-то? Послать? А что поделать? Придется! Но будить пока не буду, пусть поспит, слишком очаровательно выглядит».
