Над окном вагона Эшелона, колёса постукивали по рельсам, создавая спокойную мелодию в суетной жизни городов. Оля сидела у окна и тошила коготки женским напильником, её движения будоррезировали прохожих, как затаившиеся тени в темном лесу. Вокруг - неуклюжие руки, жаждущие взгляда и подслушивания, все смотрели на Олю, словно искали там что-то невероятное....
Он не хотел уступать, она тоже напирала. Давила ему на совесть, хотя по мне так там, где была совесть, мужской половой орган вырос. Елена тоже торговалась во всю и Ольга. Стасу притащили три лодочных двигателя. Он в рацию дал команду найти бак или бочку пустую налить воды из цистерны и привезти сюда. Наблюдая за этим торжищем, готов был заржать. И тут увидел, как Махно замолчал на полуслове, глядя куда-то мне за спину. Потом судорожно схватился за оружие. Я оглянулся. Твою дивизию, к нам быстро приближалась Люся.
— Всем стоять. Оружие стволами вниз, быстрее. — Рявкнул я поднимая автомат. Николай уже нацелил РПК на махновцев.
— Там мутант! — заорал Нестор.
— Стоять, Махно! — Ещё громче взревел я. Блин, главное, чтобы стрельба не началась. Тогда оба бронепоезда начнут гвоздить друг друга. — Нестор, она не мутант.
Люся уже была около меня, остановилась.
— Нестор, это Люся. Она член команды. Мой команды. Даже больше. Она член семьи. Как младшая сестра.
Торгаши всё равно смотрели на неё с опаской.
— Нестор, ствол опусти. И вы все тоже. — Крикнул его людям. — Люся наша девочка. Она не мутант, она изменённая.
— Марк, но они людоеды."
"— Люся не людоед. Она живёт среди нас. И никого ещё не съела из нас. Да она любит мясо, рыбу, дичь. Любит сладкие пирожки и булочки. И человечиной не питается.
— А нож зачем у неё?
— А ножом она орудует как хлеборезкой и газонокосилкой. Поверь, под эту косилку лучше не попадать. Мы все видели, как она разделывала других диких.
— То есть, вы её сумели приручить?
— Что-то типа того.
— А не боитесь, что она ночью вас почикает всех?
— Нет, не боимся.
— Люся, ты такое не еш. — Сказала моя мама, улыбаясь, и погладила девчонку по голове.
