И если нужно будет насильно увезти тебя отсюда, я это сделаю, – он останавливается у двери и поворачивает позолоченную ручку. – Зайдешь?
Гарри открывает дверь и, опустив взгляд, ругается себе под нос.
– В чем дело? – спрашиваю я, выглядывая из-за его плеча.
– Во влюбленных малолетках.
Наклонившись, он подбирает что-то с пола, а затем проходит в комнату и включает свет. В руках Гарри оказывается пухлый розовый конверт, который он небрежно кидает на широкий письменный стол.
– Что это? – спрашиваю я, взяв конверт, от которого сладко пахнет духами.
– Лекси, – произносит он и небрежно отмахивается. – Каждый раз, когда мы оказываемся на одном мероприятии, она умудряется подкидывать мне эти письма. В последний раз исписала шестнадцать страниц.
– Это так романтично.
– Что именно? Что она преследует меня, как маньячка, или то, что меня посадят, если я пересплю с ней? Или, может быть, то, что Кэм порвет меня на мелкие кусочки, если узнает, что я дотронулся до его младшей сестры? Ну уж нет, в этом нет никакой романтики.
– Я о том, – опускаю конверт обратно на стол, – что в наше время никто не пишет писем от руки.
– Лучше бы книжку почитала, – Гарри расстегивает рубашку. – Может, ошибок было бы меньше. Хотя я не знаю, как у нее сейчас с орфографией.
– Так ты, – прислонившись бедром к столу, я указываю на письмо, – даже не читаешь их?
– Нет конечно.
– Гарри, – с осуждением выдыхаю я. – Это неправильно.
Он снимает рубашку и бросает на пол, а затем берет бутылку.
– Может, оденешься?
– Ты заставляешь меня одеться в моей же комнате? Это неправильно, Уолш.
Послав ему строгий взгляд, я качаю головой, и Гарри тут же сдается и направляется к огромному шкафу.
– Думаешь, мне стоит прочитать его?"
"– Конечно, ты только посмотри на этот толстенный конверт. Она же душу вложила в это письмо.
– Хорошо, раз ты так считаешь.
Гарри небрежно распечатывает конверт, словно это надоедливая рекламная листовка, а не чувства влюбленного подростка. Он достает сложенные листки, и вместе с ними из конверта водопадом сыпятся блестки.
– Клянусь, она убила огромную добрую фею, чтобы добыть их. Итак, – он прочищает горло. – Дорогой Гарри, не проходит и секунды, чтобы я не вспоминала о тебе…
– Эй! Нельзя читать это вслух!
– Но ты же хотела, чтобы я прочел.
– Чтобы прочитал ты, Гарри! Я не должна этого слышать, это личное.
– Господи, – он закатывает глаза, – сколько вообще существует правил для прочтения девчачьих писем?
– Просто читай про себя.
Опустив ресницы, он уже через пару секунд начинает смеяться.
– Нет, ты только послушай: «Я часто думаю о твоих глазах цвета хвойного леса в солнечный день…».