Автор
В неприступной баре диваны наполовину заполнены аристократами. Алкоголь течет рекой, смех и шум раздражает посетителей. Михаил вставляет глотку виски: "Где же наш герой Артём Истомин? Кто-то его зовёт?" - так начинается ночная история загадочной неурядицы.
Я дрожу и хочу его.
Спазмы скручивают, мне нужно ощутить его внутри. Сейчас. Мое тело — инструмент для массажа, оно особенно чувствительно. Если Артём не доведет меня до финала, я просто умру от напряжения, кажется.
— Не была бы блдью, взял бы тебя без резинки. — Он смотрит мне между ног, пока натягивает презерватив. — Больно красивая. Кончить бы наживую.
— Я твоя блдь, — шепчу.
— Повтори. — Он падает на меня и сжимает подбородок. — Меня заводит.
Выгибаюсь, обхватывая его ногами.
— Твоя. Я твоя. — Кусаю губы, задыхаясь.
Вторжение такое, что перед глазами темнеет от удовольствия. Жалобно застонав, я подаюсь вперед, принимая его агрессию. Впитывая. Доверяя полностью.
Артём давит свои телом, вжимается, растягивая. Я в плечи его вцепляюсь, недопустимо царапая, но эта мысль лишь мелькает где-то на периферии и улетучивается. Он срывается и долбит меня, размашисто трахает, пьет душу, словно годами скитался по пустыне и добрался до источника."
"Мы скользим нещадно! И при этом двигаемся без остановки.
Первый оргазм обрушивается почти сразу же, я сладко кончаю. После чего Артём резко выходит, стягивает резинку и быстро двигает рукой по стволу. Между ног все еще горит, пылает, я продолжаю стонать, ощущая отголоски спазмов. Теплая сперма прыскает на грудь и живот. Артём слегка запрокидывает голову, изливаясь на меня. Почти как и хотел.
Завороженно застываю, обалдев от такого зрелища. Сердце в груди снова и снова разрывается. Грязно, порочно, я в таком диком кайфе, что себе не принадлежу.
И правда его блдь.
— Сука, — ругается Артём себе под нос. — Ах**нно.
— Я еще хочу.
— Да, блдь, я тоже! — Он хватает новый конвертик. — Ты пздц какая вкусная, сожрал бы целиком.
Улыбаюсь, наблюдая, как Артём натягивает второй презерватив.
— Мне помыться? — волнуюсь.
— Некогда. — Он падает на меня, входит.
Мы обнимаемся и жарко целуемся — так это славно и замечательно.
Горю, как и положено грешнице. Но это нестрашно, потому что ему хорошо. Я чувствую свободу, ощущаю полет!
В этот момент сигналит сотовый.
— Будильник? — выдыхаю.
— Это мой. Не обращай внимания.
Мы снова обнимаемся.
