Автор
В ЭТОЙ больной любви женщина нарушает запреты и стереотипов, открывая глаза на мир необозреваемых инстинктов и чувств. Книга раскрывает глубины сексуальной экспериментации и независимости в поисках освобождения. Вокруг зловещей атмосферой, где тайны и грехи переплетаются в самой противоречивой изреченной любви....
— Кто бы мог подумать, что мои мудацкие замашки однажды окупятся?
Замок открывается, когда я дергаю защелку, но сам багажник не открывается.
Блять.
Упираясь локтем в капот, я пытаюсь поднять его, но какой-то груз удерживает его.
— Повернись ко мне. Спиной, — шепчу я, принимая нужное положение. — Прогнись назад и оттолкнись.
При минимальном пространстве мы ставим пятки и толкаем. С достаточной силой нам удается приподнять багажник настолько, что я успеваю выскользнуть наружу, прежде чем багажник снова захлопывается за Баретом.
— Ты в порядке? — спрашивает он сверху.
В переулке темно, но я никого не вижу.
— В порядке, Би, — говорю я, ударяя его кулаком в бок.
Я быстро вожусь со шнурками, развязывая ботинки, чтобы освободить лодыжки от оставшихся пут. После того как нас обыскали в доме на предмет оружия, охрана, которая была с Кэллумом, в итоге забрала единственное оружие, которое было при мне.
Выскользнув из-под машины, я узнаю переулок, в котором мы находимся. Это тот же переулок у ночного клуба Нокса. Этот ублюдок буквально дал им возможность пытать его. Боже, когда я его вижу…
Гнев проникает в меня, отравляя кровь, пока я обыскиваю пустую машину. Открыв бардачок, я обнаруживаю, что идиоты спрятали в нем мои ножи. Видимо, для того, чтобы быть мускулами в окружении власть имущих, мозги не нужны.
Меня почти тошнит от того, насколько они недооценили меня и мои способности.
Но сейчас это мне на руку, так что я воспользуюсь этим.
Оттолкнув бетонные блоки от багажника машины, которые эти идиоты, должно быть, прихватили из переулка, чтобы «гарантировать», что нам не удастся сбежать, я помогла Барету выбраться из багажника, затем развязывая его. Он уходит, а я начинаю выкладывать тяжелые бетонные блоки на багажник.
— Давай! — шепчет он, направляясь к машине. — Что ты делаешь?! Нам нужна помощь!
Я твердо стою на месте.
— Брайони! Пойдем! — умоляет он, его тон напряжен.
Я качаю головой.
— У нас мало времени.
Как раз в тот момент, когда я произношу эти слова, раздается скрип открываемой боковой двери в клуб. Я хватаю Барета за рубашку и тяну его к кирпичной стене, стоящей позади меня в тени. Мы прижимаемся к холодным неровным кирпичам, затаив дыхание, а рядом вырисовываются очертания темной фигуры.
Мужчина подходит к машине, осматривая блоки.
