Автор
В ЭТОЙ больной любви женщина нарушает запреты и стереотипов, открывая глаза на мир необозреваемых инстинктов и чувств. Книга раскрывает глубины сексуальной экспериментации и независимости в поисках освобождения. Вокруг зловещей атмосферой, где тайны и грехи переплетаются в самой противоречивой изреченной любви....
Ее полные губы обхватывают мой сосок, прежде чем почувствовать, как ее зубы вгрызаются в плоть. Мои бедра поднимаются сами собой, мышцы бедер напрягаются, ища хоть какого-то трения о мой ноющий от восхитительной боли член. Блять, это сводит меня с ума.
Она выпрямляется, и я провожаю взглядом ее тело, золотые полоски ее сосков, прижимающиеся к черной сетке нижнего белья, заставляя меня еще сильнее жаждать попробовать их на вкус. Потерявшись в грязных мыслях, ее ладонь снова находит сторону моего лица. Темные волосы падают мне на глаза, и от пощечины я практически кончаю.
— Ты ведь кончишь для меня, правда, красавчик?
Блять.
Я смотрю на нее сквозь волосы, тяжело дыша через ноздри, затем киваю.
Потянувшись назад, она грубо обхватывает ствол моего члена, и я поднимаю голову с кровати.
— Только когда я скажу, что ты можешь, — инструктирует она, ее рука скользит ниже, чтобы обхватить мои тяжелые яйца. — Теперь ты будешь меня слушаться?
Я с благоговением смотрю на эту богиню-демона, возвышающуюся надо мной.
— Больше никаких долбаных разговоров, — требует она. — Кивни, если понял.
Я бормочу сквозь кляп, потом киваю.
Она нежно перекатывает мои яйца в своих пальцах, забавляясь со мной, а затем слегка надавливает на них. Эта область слишком чувствительна, на мой взгляд.
Моя голова снова опускается на матрас, а глаза плотно закрываются.
— Но перед тем как ты освободишься, я получу свое.
Схватив меня за волосы, она тянет мою шею вперед, расстегивает кляп и вынимает его изо рта, а затем бросает на пол.
— Вылижи свою киску, детка, — приказывает она, обмазывая меня своим возбуждением.
Я подчиняюсь, жадно вбирая в себя ее святую воду, пока ее сладкие стоны наполняют комнату. Мои пальцы обвиваются вокруг края наручников, так сильно желая прикоснуться к ней, наполнить ее, но придется обойтись языком.
— Да, вот так, — хвалит она меня, захлебываясь своим сексом. — Заставь меня кончить.
Мне не нужно дышать. Трахать ее языком, пока она меня унижает, гораздо лучше, чем воздух.
Она опускается на колени и проводит рукой по своему мокрому центру, шлепая им по мне, прежде чем засунуть палец глубоко внутрь себя.
