Автор
Болезнь обнаружилась неожиданно — как червяк, прорвавшийся из-под кожной пленки. Каждый жест разума казался виртуозным манипулятором ситуации, пока шишечка не превратилась в гигантскую мазню, вызывающую бешеную чесотку. Все планы лета рушатся под ноги — в этот момент жизнь захлебывается изнурительной болезнью и невероятным трепанием....
А еще есть люди, которые считают собак грязными животными! Да мои псы моются каждые две недели и от них всегда исходит приятный запах чего-то домашнего. Вспомнив сальные волосы Ксюши, я передернулась. Ну скажите, зачем вешать на двери магазина табличку ""С животными вход запрещен""? Ксения, например, намного грязней Снапа.
Тщательно вымывшись, облившись для дезинфекции гигиеническим одеколоном без запаха, я легла на кровать и открыла тетрадку. Понять ничего невозможно. Никогда не была сильна в математике, и тайнопись мне ни за что не разгадать.
Утром, едва дождавшись девяти, позвонила Женьке:
– Миленький, скажи, у вас ведь есть люди, работающие с шифрами?
– Может быть, – по обыкновению, сообщил приятель.
– А я попала в такую дурацкую ситуацию…
– Это не должно тебя удивлять, – съехидничал Женюрка. – Что на этот раз? Нашла труп, державший в окоченевших руках послание?
Я старательно захихикала, надеясь привести его в хорошее расположение духа.
– Да нет, поспорила с Маней, что сумею разгадать шифр, который сделан на основе букв.
– Совсем с ума сошла! – возмутился Женя. – Прикажешь людей ради дурацкой шутки отвлекать от работы?
– Женюшка, ну пожалуйста, – заныла я, – придется ведь расплачиваться с Манькой.
– На сколько поспорила? – вздохнул эксперт.
– Если бы на деньги! Обещала в случае проигрыша разрешить ей ездить по Москве на мотоцикле. Меня Аркадий убьет!
– И правильно сделает, – отрезал Женька, отец двух детей.
– Ладно, Женечка, – не хочешь помогать, не надо, как-нибудь сами, – сладко пропела я и бросила трубку. Сейчас он оценит обстановку, поймет, что его дочурка без меня ни одной зачетной контрольной не сдаст. И потом, где оставить собак, когда поедет с семьей отдыхать?
Через пару минут зазвенел телефон.
– Прекрати дуться, – заявил Евгений Степанович, – маешься дурью, делать тебе нечего! Привози шифровку, только домой и прямо сейчас, мне отгул дали.
Я надела легкие белые брюки, трикотажную маечку, прихватила зонтик и двинулась к Женьке.
Всю свою жизнь он прожил на Садовом кольце в огромной коммунальной квартире с гулкими коридорами. Когда мы познакомились, Женькины родители уже умерли и в гигантской пятидесятиметровой комнате они жили втроем: Женька, Лиля и их дочка. Кирюша тогда еще не родился. Комната была перегорожена шкафами. Лилька ухитрилась оформить что-то типа спальни, гостиной и детской.
