– Самому не так приятно, – произнес тепло, и я вспомнила о том вечере, проведённом вместе и о той непринужденности в нашем общении. С ним было легко и приятно, и мы снова будто бы вернулись в тот день, когда я поехала к Славе домой.
– Прекрати!
– Прости, – зачем-то извинился, и я не сразу поняла почему. Но когда дошло даже оборачиваться стало стыдно. – Ты ему нравишься, и он всегда на тебя так реагирует.
Повисшее молчание резало слух и выдавало мое шумное дыхание с головой.
– Чай будешь? – я нашла повод подольше постоять лицом к шкафам, чтобы не показать, как слова этого варвара на меня действуют.
– Кофе если можно, – произнес примирительно, и я услышала, как он начал стягивать пальто с плеч.
А я видимо окончательно спятила, потому что как бы ни старалась не могла прогнать с лица улыбку.
– Ты думаешь, я позволю тебе долго рассиживаться? – возмущенно изрекла, как только Слава допил свой кофе и довольный донельзя откинулся на стенку за спиной.
Нам удалось поддерживать непринужденную беседу о погоде и всякой ерунде и мне даже не хотелось его убивать, но всему есть предел.
– Я не шутила про то, что и тебе найдется работа. Плату ты получил – кофе я сварила, теперь в бой мой генерал!
Зеленые глаза напротив блеснули, и варвар на секунду согрел меня теплом в них, но тут же заметив мою наигранную суровость выпрямился и начал расстегивать манжеты белоснежной рубашки.
– Вас что, где-то этому учат? – спросил задумчиво, и справившись с одним рукавом переключился на второй.
– Чему? – растерянно спросила и поднявшись взяла пустые чашки: мою и Маринкину, из которой в этот раз я пила чай.
– Как пилить мужиков, – Слава справился с рукавами и ослабил галстук на шее, а потом стянул его и сунул в карман узких темных брюк.
Вообще – это какое-то преступление позволять красивым мужикам разгуливать вот в таком виде. Белая рубашка будто на заказ шитая по точеным плечам, и брюки, обрисовывающие тренированные бедра и задницу, на которую можно смотреть часами.
Остановись Кира, ты просто голодная.
– Я не поняла, ты все еще тут? – огрызнулась, оборачиваясь к варвару. Тот невозмутимо прислонился к косяку и скрестил свои сильные ручищи на сильной груди, подчеркивая стройность своей тренированной фигуры.
– Точно! В школе! – подытожил, а я вытерла руки полотенцем после того как вымыла чашки и, скрутив то жгутом, выстрелила им точно в цель. Варвар зашипел, когда вафельная ткань хлестнула по бедру и ухватив его дернул резко на себя.
