Сборник остросюжетных повестей петербургского писателя о приключениях капитана милиции Виноградова. Четыре захватывающие истории, наполненные неожиданными поворотами, опасными расследованиями и загадочными преступлениями. Герой должен раскрыть сложные дела, рискуя собственной жизнью и...
Если Крамской возьмет на себя грех родственника, его авторитет упадет настолько, что никакой сэкономленной суммой этого не компенсировать. К тому же он будет «по жизни» обязан «старышевским», что тоже для бизнесмена его уровня чревато…
— Про родственника этот барыга сам трепанул?
— В общем, да. Как только на него «наехали»… Ну и мы кое-какие справки навели.
— Та-ак… Я вот что предлагаю. Барыга отдает вам половину — три тысячи семьсот пятьдесят долларов. И еще пятьсот — за сегодняшнюю «стрелку». И — в расчете. Как?
Настал черед задуматься Ежику. Приняв предложение, он получает некоторую сумму в «баксах», причем сразу и без головной боли: сделав это предложение, Кривцанов будет отвечать за своевременность и полноту выплаты. К тому же впоследствии, не исключено, придется обратиться с просьбой уже к нему… Отказавшись, он находит себе в лице Кривцанова если и не врага, то недоброжелателя, кроме того — черт его знает, что взбредет в голову загнанному в угол барыге… Может сдуру и в ментовку сунуться!
— Годится!"
"Напряжение сразу спало. Сидевший напротив боец весело подмигнул Виноградову, а один из «старышевских» аккуратно взял из пачки протянутую Писателем сигарету.
— Саныч! Сходи за клиентом.
На обратном пути Кривцанов велел остановить машину неподалеку от станции метро.
— Ну как? — поинтересовался он у Владимира Александровича.
— Нормально… — пожал тот плечами.
«Бригадир» раздал каждому по несколько новеньких купюр — гонорар.
— По домам? Или как?
— Поехали в баню! — предложил Соня. — Время детское.
— Саныч?
— Я не против. Тем более, мне проставиться положено…
— О! — одобрительно поднял брови водитель. — Достойный подход.
— Только отзвониться надо. Домой. Доложить.
* * *— Спасибо. Желаю удачи! — любитель тенниса и модных галстуков положил трубку радиотелефона, и в этот момент ожил динамик «интеркома».
— Ты на месте? Зайди.
Советник встал, взял со стола блокнот и папку. На секунду задержался перед зеркалом, по женски подправив что-то в своем туалете и прическе. Направился к хозяину.
— Ну что?
— В каком смысле? Вы имеете в виду…
— Не умничай, ты! — толстяк явно был не в духе. — Перед дружками своими — педиками выделывайся. А не передо мной!
Советник всем своим видом показывал, что незаслуженно оскорблен.
— Ну? — не обращая внимания на его переживания, повторил хозяин.
— Операция уже вдет. Пока события развиваются нормально… Первый контакт прошел без осложнений, стороны остались друг другом довольны.
