В безумной титановой клетке, запертой под двумя замками и охраняемой гигантскими смертоносными существами, ждет девушка. "Роэл Харт, стажер" — это прикосновение реальности к нереальности в мире, где даже самая маленькая надежда на свободу выглядит абсурдной и неудачной....
– И тройничка никакого мы делать не станем. Только ты и она. Давай к нему! Давай – иначе я выстрелю тебе прямо в правую грудь! Она у тебя, Роэл, чуть больше, чем левая, но ты находишь это очаровательным, не так ли, Гаспар?
Черное дуло смотрело на нее, как глаз какого-то мифического чудовища.
– Так нельзя, Феб! – взмолилась девушка, не в силах отвести от пистолета взгляда. – Нельзя просто взять, убить человека и остаться безнаказанным. Моя сестра…
– Уже в курсе всей ситуации, – спокойно закончил главврач лечебницы.
Он не пугал ее. Он действительно мог выстрелить – Роэл видела в его черных, как сама бездна, глазах. А это значит, что выбора у нее нет. Вся корежась от ужаса и отвращения, она переступила меловой круг, оказавшись под прицелом камер и Гаспар притянул ее к себе, заставив замереть между своих коленей, так, что его голова оказалась на уровне ее груди.
Он был холодным, как будто только что вышел из могилы, холодным, как сама смерть. Не набросился сразу. Сжав ее руки ледяными пальцами так сильно, что девушка не удержалась от стона, он вдохнул запах с ее запястья. Так гурман слушает букет налитого ему услужливым официантом изысканного вина. Если по краю бокала провести пальцем, стекло издаст звук. Вот как она чувствует себя сейчас.
Звуком стекла.
– Не надо! Не так!
Ему было наплевать.
И тогда она поняла суть затеянного главврачом эксперимента.
Хороший эксперимент.
Феб Дюпон знал, что делает. Он знал – Гаспар только что обратился, а значит, дико, безумно, нестерпимо голоден. Он знал, что Леоне трахнет ее, а потом сожрет.
Это было… скармливание.
– Куколка… – раздался в ухе вкрадчивый шепот Гаспара. Он ухватил острыми клыками Роэл за мочку, и она приготовилась к сильнейшей, невозможной боли, но… – Ключ от Комнаты можно получить только, когда его носитель испытывает сильнейшее сексуальное возбуждение, и наш доктор дошел до кондиции. Поцелуй его – и ключ твой. Он не выстрелит, я обещаю.
